Glee: The power of music

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Glee: The power of music » Завершённые композиции » Эпизод #11: Coffee And Cigarettes.


Эпизод #11: Coffee And Cigarettes.

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

1. Название эпизода:
Never Shout Never - Coffee And Cigarettes

Coffee and cigarettes are my only escape.
I got my cup of Joe, my pack of stogs,
And I'm on my way downtown to set up shop.
And sing my cares away
So won't you sing with me?
Cause it's cold outside and I'm feeling kinda lonely.

Friday nights are always the same in this town
I'm lookin up but I'm feeling kinda down
So I light this cigarette and smoke the night away,
And hope that Saturday will be the day
When everything feels okay

Coffee and cigarettes are best
when shared with you.
Well go to waffle house or your mom's house
And share a cup or two
Yeah, I got friends, and they have friends,
And they have parties, and I'm so awkward
So what do you say? Just as friends,
We see a movie, this weekend.
Alright? Okay...

Кофе и сигареты - моя единственная отдушина.
Выпиваю чашку "Joe", беру пачку "Stogs",
И еду в центр города открывать свой магазинчик
И, напевая, прогоняю все заботы прочь.
Почему бы тебе не спеть вместе со мной?
Ведь на улице холодно, и мне немного одиноко.

Вечера пятниц в этом городе всегда одинаковы.
Я кажусь оптимистом, но внутри меня
все поникло.
Так что я зажгу сигарету и буду курить всю ночь
В надежде, что суббота станет днём,
Когда всё наладится.

Кофе и сигареты куда лучше,
если делить их с тобой.
Мы можем пойти в ресторанчик или
в гости к твоей маме,
И выпьем вместе чашечку или две?
Да, у меня есть друзья, и у них есть друзья,
А те устраивают вечеринки,
и я чувствую себя так неуютно.
Так что скажешь? Просто как друзья
Сходим в кино на выходных,
Согласен? Отлично.

http://s7.uploads.ru/XU7jK.jpg
2. Дата и время:
26.11.2011. 12:00
3. Очередь и участники:
Kurt, Blaine
4. Планы на эпизод и погода:
Наступила долгожданная суббота, на которую молодые люди назначили свою следующую встречу, полдень. Наконец-то можно было посетить местный "Бредстикс" и спокойно поговорить друг с другом, полноценно познакомиться и пообщаться как следует. Они перекидывались парой десятков смс-ок за эти три дня, но всё равно этого мало, да и личная встреча ни с чем не сравнится.
Тем более, когда впереди целый выходной день.

+1

2

Курт толкнул дверь и вошел в "Бредстикс". Блейн уже сидел за столиком у окна.

Утро не задалось. Курт не выспался, встал в восемь утра, а все из-за чего? Из-за чертового Блейна Андерсона, из-за бешено колотящегося сердца. Сегодня Курт и Блейн встретятся один на один. Они не будут переписываться по телефону или шутить друг над другом в твиттере. Они сядут за стол, закажут себе по чашечке кофе и спокойно поговорят. Правда, Хаммел сомневался, что он вообще сможет хоть слово вымолвить - его тошнило, а цвет кожи был бледнее обычного. Отец спросил, в чем дело, а Курт, неуверенно посмотрев на него, сказал, что он, кажется, нашел себе друга. Настоящего друга. Рассказав об их встрече, Берт счастливо улыбнулся и крепко обнял сына, хлопнув его по спине. Позавтракав, он пожелал парню удачи.
Ага, удача не помешает.
Он чуть не надел ярко-желтую рубашку с порванными красными штанами, в последний момент откинув все это на кровать. Нет. В этом случае ему не нужна одежда всех цветов радуги. На днях Курт просмотрел кучу черно-белых фильмов, скачал на свой iPod едва ли не сотню песен Синатры и... вдохновился всем этим. Черно-белая гамма, как старое, но безумно романтичное кино - вот, что нужно было Хаммелу!
Пока Курт разобрался со своей одеждой, у него разболелась голова. До встречи оставалось всего ничего - час. Выпив таблетку, Хаммел неуверенно обвел взглядом комнату, пытаясь понять, не забыл ли он чего. Но, убедившись, что все аккуратно сложено в его черном рюкзачке, парень вышел из дома, решив пойти по длинному пути - может, когда он подышит морозным, но грязным от выхлопных газов ноябрьским воздухом, ему станет хоть чуточку легче?
Но с каждым шагом, что приближал его к "Бредстиксу", Курт все больше понимал, что, кажется, сейчас он хлопнется в обморок, и Блейну снова придется спасать глупого влюбившегося Хаммела. Мальчик присел на холодную скамейку и провел рукой по идеально уложенным волосам. Если он облажается, то никогда не простит себе этого.
У него в запасе еще пятнадцать минут. Стоит поспешить, что Курт и сделал: ойкнув, он вскочил со скамейки и быстрым шагом направился к кафе, поправляя лямки сползающего с плеч рюкзака. Он затормозил перед "Бредстиксом" и, нервно выдохнув, сделал несколько небольших кругов перед входом, облизывая пересохшие от волнения и холода губы. Курт замер, когда увидел в окне... Блейна. Ох, черт, он что, сейчас наблюдал за тем, как Хаммел волнуется и наворачивает здесь круги? Курт смущенно улыбнулся и помахал ему, сомневаясь, что парень вообще увидел его.
Дверь открылась легко и без скрипа, а к щекам Курта все же прилил румянец смущения, когда он подошел к столику, за которым сидел Андерсон и снял свое пальто, сев на широкую скамейку. Пальто и рюкзак он положил рядом с собой. Выпрямившись, Хаммел еще раз улыбнулся Блейну, надеясь, что он выглядит не слишком по-идиотски.
- Привет, - он положил телефон на стол и посмотрел на часы. Вовремя: ровно двенадцать. - Ты долго сидишь здесь? - Курт потянулся к меню, кладя его перед собой. - Я волнуюсь, - негромко засмеявшись, признался он, откладывая меню, потому что и так знал, что будет заказывать свой любимый чизкейк и латте. Но меню неплохо гнулось, поэтому парень теребил его, пытаясь успокоиться. - Ты уже выбрал что-нибудь? - Хаммел поднял руку вверх и щелкнул пальцами, игнорируя черную кнопку вызова официанта: ведь делать так, как в кино - гораздо эффектнее.
Пока официант шел к ним, у Курта было время, чтобы посмотреть на Блейна более пристально: серая кофта, выглядывающий из-под нее белый воротник рубашки, серая бабочка. Это не выглядело скучно. На Андерсоне это выглядело… горячо? Хаммел покраснел еще больше и прикрыл лицо ладонью, мысленно называя себя тупым идиотом.

+1

3

В самом деле, Блейн всеми силами старался не предавать будущей встрече слишком много значения. Честно, он честно пытался убедить себя в том, что это всего лишь посиделка в кафе с тем, кого он дважды спас, хотя и спасением то это особо не назовёшь, так, удачно сложившиеся обстоятельства, в конце которых всё равно они оставались и не победителями, и не побеждёнными, а кем-то между. Живыми и относительно здоровыми, скорее так, хотя и нельзя сказать, что хотя бы в одной из их встреч что-то серьёзно угрожало их жизни. Нет, конечно во время драки Андерсону могли так отбить голову, что он бы не встал, но к счастью обороняться его учили. Тем более, что за эти несколько дней он уже трижды был в тренажёрном зале, а так же дважды до позднего времени, уже после сделанных уроков, зависал в спортзале в обнимку с боксёрской грушей, пока не выжимал из себя все силы, чтобы буквально ползком добираться до душа, а оттуда домой.
Только так он мог отвлечься. Только так он мог заставить себя не бежать в МакКинли после каждого учебного дня, чтобы встретить Курта после уроков, как бы невзначай, типа просто мимо проходил, гулял, вот и встретил, а теперь просто по счастливой случайности решил его проводить и сходить быть может по пути в кафе-мороженое. Нет-нет, он сам поставил условия "через три дня", и надо было держать себя в руках. В конце концов, что за детский лепет и какая-то странная щенячья привязанность, они в общей сложности общались не больше шести часов, а брюнет себе уже места найти не может. И действительно, быть может именно тренировки помогали ему отвлечься и расслабиться, не смотря на то, что на них он чрезвычайно напрягался как физически, так и психологически. Ему не нужно было приклеивать совсем не похожие карикатуры рож годзилл из МакКинли, чтобы представлять их вместо боксёрской груши - фантазия Блейна и без этого работала весьма неплохо. Зато когда он уже буквально валился с ног и падал на "кожаного друга", крепко обнимая его плотными и тяжёлыми перчатками, в одно мгновение образ менялся на Курта, и в голове юноши представлялось, будто тот его поддерживает и не даёт рухнуть на пол лицом, так и не добравшись хотя бы до скамейки. Это позволяло собраться с мыслями и несколько набрать форму.
Признаться честно, даже после трёх таких активных занятий парень чувствовал, что собственные плечи стали крепче и несколько объёмнее, ибо кофта, которую только несколько дней назад одевал свободно, сейчас с трудом натягивалась на бицепсах, что несколько затрудняло подготовку к их первой и несравненной встрече в кафе, в субботу, в полдень. Невольно Андерсон ловил себя на мысли - Заметит ли это Курт или нет? Хотя куда там, это такие мелочи, что едва ли. Не с линейкой же он мои плечи измерять будет, - накрахмаленная рубашка противно скрипела до тех пор, пока не пропиталась теплом и не осела на теле парня так, как положено, так же с трудом оседая на плечах, и чуть прикусив губу, парень понял, что, кажется, придётся приобретать себе новый комплект рубашек, на размер побольше, иначе ещё чуть-чуть - и через пару недель они начнут на нём рваться по швам.
И всё же оттягивать время больше некуда. Он уже решил одеться попроще, чтобы не привлекать к себе слишком много внимания и не создавать в глазах Курта образ богатенького мальчика, коим, в принципе, он являлся, но не особо гордился этим званием. Он мог без проблем оплатить им полноценный ужин в дорогом "Бредстиксе", а не только пару чашек кофе с какими-нибудь пирожными, но и в данном случае Блейн боялся светиться деньгами, не смотря на то, что мог бы тем самым сделать своему новому знакомому приятное в какой-то степени. Брюнету хотелось быть на равных со своим новым другом, и любые различия с ним так или иначе загоняли парня в некую если не депрессию, то панику - как сделать ещё проще и не приметнее себя, когда ты отродясь прикладывал слишком много усилий, чтобы быть самым заметным? Однако, кажется, серый цвет всё же помогал сделать его образ не таким уж ярким на фоне остальных, а светлые цвета скрадывали окрепшую фигуру.
Как и всегда, считая это своей одной из хороших черт, Андерсон пришёл на место встречи за полчаса. Он всегда следовал политике - лучше подождать, чем опоздать, а то вдруг и его товарищ решит прийти раньше, а сам Соловей в таком случае опоздает? Нет, такого он позволить себе не мог ни при каких условиях. Покручивая часы на запястье и выпивая уже одну чашку с кофе, юноша оглядывался, присматриваясь и в каждом встречном пытаясь найти те самые два неповторимых аквамарина. Но никого подобного не было, да и сам Блейн был уверен, что нет других таких прекрасных глаз, потому оставалось лишь ждать, когда придёт их реальный обладатель. Заглядывая в окно, парень знал, что вроде уже немного времени осталось и вот-вот там должен был появиться Он, и так и оказалось. Только вот на забаву и умилённую улыбку ученика Далтона, Хаммел крутился на месте, как юла, видимо сильно нервничая и не решаясь зайти в кафе. Андерсон не был уверен в том, что взволнованный шатен его заметил, но когда тот ему помахал, кареглазый сделал тоже самое, тем самым подзывая уже Курта и пытаясь жестом расслабить его и успокоить.
Наконец, когда новый знакомый подошёл ближе, он протянул ему руку для приветственного рукопожатия и так же приветливо кивнул, искренне улыбаясь. - Привет. Нет, буквально пару минут, - соврал Блейн, чтобы не заставлять парня чувствовать себя неловко, тайком спрятав за какой-то акционной подставкой пустую чашку из-под выпитого кофе.
Однако услышав его следующую фразу, школьник удивлённо выгнул бровь, - Чего тебе волноваться? Я вроде бы не волк и есть собираюсь тирамису, а не тебя, - попытавшись отшутиться, Андерсон всеми силами старался держать себя в руках и не выглядеть глупо, а в то же время не выдавать собственное волнение и переживания, которые пока Курту не стоит видеть, а то мало ли, кем он ещё после этого его посчитает. Хотя после их забавных смс-ок и твитов, наверное, скрывать уже особо нечего.
Дёрнувшись от щелчка пальцев, Блейн хмуро сдвинул брови к переносице. Даже он себе такого не позволял, хотя, быть может, Курт считал, что так можно привлечь внимание быстрее, но нельзя сказать, что такое нагловатое поведение парень одобрял. - В ближайшие дни тебя не трогали в школе? - сделав свой заказ у официанта после Хаммела, он наконец отставил от себя меню и задал тот вопрос, который беспокоил его всё это время. Конечно же об этом он интересовался и в мобильных сообщениях, желая новому знакомому, чтобы тот был мужественнее и верил в себя, в то, что всё будет хорошо, но в то же время - Андерсон всё равно себе места не находил при мысли, что не мог его защитить в случае серьёзной опасности просто потому, что находился от него далеко. Оставалось лишь надеяться на то, что парень действительно собрался с силами и научился давать этим громилам хотя бы психологический отпор. Пока это было единственным, в чём он мог ему как-либо толково помочь, хотя и совесть при этом собиралась обглодать кости Блейна живьём и он уже потихоньку начинал это на себе ощущать.

+1

4

Курт с удовольствием пожал протянутую руку и прикусил губу, поняв, что его собственная ладонь была холодной. Он постарался закончить рукопожатие как можно скорее: он сам не знал, из-за чего его руки были такими холодными. Может, из-за мороза. А может, во всем виновато волнение.
- Я вроде бы не волк и есть собираюсь тирамису, а не тебя, - хмыкнул Блейн, а Курт засмеялся, прикрывая глаза, потому что в их уголках начали скапливаться слезы.
- Ты весь в сером, как волк, - он пожал плечами и отвернулся, понимая, какую глупость сморозил. А еще его голос больше не был похож на голос Микки Мауса: он стал гораздо выше. Хаммел все еще нервничал. - Черничный чизкейк и латте, пожалуйста, - парень улыбнулся подошедшему официанту, который все же смерил парня недовольным взглядом: не в каменном же веке живут, можно было нажать на кнопку вызова.
Курт знал, что люди обсуждают и осуждают его. Он постепенно привыкал к этому - звезды Бродвея проходят через такое каждый день. Лучше выделяться и заявлять о себе, чем быть частью серой массы. Нет, Курт не думал, что лучше умереть от передоза наркотиками, как все те гениальные музыканты. Но и закончить жизнь в уютном коттедже вместе с внуками казалось ему... скучным? Но, если честно, он мечтал умереть именно так. Вообще-то нет. Курт вообще не хотел умирать.
- В ближайшие дни тебя не трогали в школе?
Курт пожал плечами, не спеша отвечать. Конечно, его обижали. Кажется, даже еще больше (что, Хаммел, почему ты не зовешь своего бойфренда?), но Блейну он об этом рассказывать не собирался. Зачем создавать ему проблемы? Кажется, его царапины и синяки только-только начали заживать, и, честно говоря, они совсем не украшали его лицо.
- Ты же знаешь, что они никогда не отстанут, - отмахнулся Курт. - Но, знаешь, в помойку меня больше не закидывали, - мальчик благодарно улыбнулся Блейну. Он не соврал: его действительно не кидали в мусорку. Вот только слаш на него выливали едва ли не каждую перемену, а спина дико болела после многочисленных столкновений с металлическими шкафчиками, в которых ученики хранили свои вещи - Лучше расскажи, как дела у тебя. От родителей не влетело за то, что пришел домой таким потрепанным? - Курт виновато посмотрел на него, в который раз думая, что если бы он мог дать отпор самостоятельно,  то и Блейну не досталось бы. Но ведь если бы не эта слабость Хаммела, то вряд ли бы он встретился с Андерсоном.
Курт вздрогнул, когда официант поставил перед ними их заказ. Благодарно кивнув, мальчик подвинул к себе свой чизкейк и чашку с кофе, поддевая маленькой ложечкой сливки и облизывая ее, прикрывая глаза: это было вкусно.
- Тут вкусно готовят, - Курт слабо улыбнулся, неловко скользнув взглядом по губам Блейна, после медленно переводя взгляд на его глаза.
О-о-о, какие у него были глаза. Ореховые, с тоненькой медовой радужкой по краям, такие добрые и большие. И они затягивали - Хаммел помешивал свой кофе и смотрел на Андерсона не отрываясь, зависнув как старенький, перегруженный информацией компьютер. У Блейна были длинные ресницы. Курту всегда казалось, что именно такие ресницы делают парней красивее и наивнее. И, наверное, в мире не существует такой краски, которой можно было бы передать это... настолько ярко. Ни один фотоаппарат не смог бы запечатлеть его глаза так сочно, без погрешностей. Интересно, радужка меняет цвет, когда Блейн злится? Когда смеется? Почему Хаммел не обратил на это внимание тогда, в мужском туалете школы?

+1

5

Заметив то, что рука Хаммела слишком уж холодная, юноша невольно напрягся. А не простыл ли он? Или наоборот упадок сил? А может вообще вампир? Ну, всякое бывает, "Сумерки" там всякие и не такому подростков научат. Мотнув головой и отгоняя идиотские мысли, Блейн просто хмуро сдвинул брови к переносице, и, пожалуй, он даже взял бы его за руки, просто чтобы согреть, ибо чувствовал себя как-то дискомфортно от осознания того, что Курт мёрзнет и слишком сильно нервничает, но не то смелости не хватило, не то просто ситуация не была подходящей для соответствующих действий, потому брюнет этого не сделал. Сам-то он успокоил и утопил основную порцию нервов и волнения в прошлой чашке кофе, о которую и согрелся ладонями, и в данном случае он рассчитывал на то же - вскоре принесут их заказ и они оба смогут согреться за милыми беседами.
- И что, я тебя пугаю в таком образе? Могу ведь и зарычать для полноты картины, - Андерсон усмехнулся, потому как ему в какой-то степени даже понравилось это сравнение и ассоциация с волком, а потому эта усмешка и дальнейшая улыбка была больше похожа на звериный оскал, а самого Курта он одарил каким-то голодным взглядом, хотя уже через мгновение он едва слышно смеялся, считая, что ведёт себя откровенно как идиот. А разве не так ведут себя все люди на первом свидании? - Да какое к чёрту свидание, Андерсон! Вы просто сидите и пьёте кофе в дорогом кафе и делитесь впечатлениями из школы, не более того, - кажется, его "тёмная сторона" снова напоминала парню его место и правильное положение вещей, пинком спуская с небес на землю. Хотя, пожалуй, тут, на земле, рядом с шатеном, всё равно было похоже на то, что они сидят вовсе не на скамейках друг напротив друга, а на облаках, и стол у них тоже облачный, только более крепкий и плотный, раз сквозь него ничего не валится. Ощущение парения, однако, всё равно никуда не денешь, а потому Блейн не переставал улыбаться, от чего-то улыбка просто не хотела сходить с его лица тогда, когда на него так внимательно смотрел его собеседник. Именно этот собеседник.
- Ну хотя бы без путешествий в помойку, уже хорошо, - тем не менее, внимательный парень будто чувствовал, что Курт что-то не договаривает. Тем более, что по первой фразе и так всё было ясно, и ежели он избегает мусорки, то не факт, что на него не надвигается угроза более серьёзная и не менее опасная. Потому нужно было уже всерьёз поговорить о том, что именно приводит к таким последствиям и что с этим делать.
- Моя родня отреагировала примерно так же, как я и предполагал. Ничего особенного, я к этому уже привык, - Андерсон отмахнулся, будто он говорил об обычных вещах, проигрыше футбольной команды или о том, что дождь не вовремя подпортил укладку его псу, а не о том, что в его семье к нему относились совершенно равнодушно, лишь продолжая вновь и вновь называть неудачником, который совершенно не способен за себя постоять, и уж подавно защищать кого-то ещё. Там его "подвиг" не оценили, а назвали идиотом, который лезет не в своё дело, вместо того, чтобы продвигаться по карьерной лестнице, уже сейчас, на школьной скамье, и развивать свои таланты. Но Блейну оставалось лишь игнорировать все эти выпады с не меньшим безразличием, ведь если он ещё и на это бы распылялся эмоциями, от него давно бы уже ничего не осталось, все эмоции и нервы были бы выброшены в первую очередь в помойку внутри  дома, в помойку их семейных отношений, которые всё равно практически не приносили никакой пользы. Оплачивают обучение и существование - и на этом огромное спасибо и земной им поклон.
Нельзя сказать, что Андерсон не "залип" на то, как Курт облизывает ложку со сливками. Было в этом жесте что-то неумолимо притягательное, потому оторвать свой любопытный и восхищённый данным действием взгляд у Соловья просто не получалось, а сердце при виде такой картины начало отбивать ритм, кажется, у самых висков. Всё это заставило самому обжечься горячим кофе и тут же "нырнуть" губами в прохладные сливки, чтобы хоть как-то ослабить ожог, а после медленно слизнуть приятную прохладную сладость с губ и лёгкого едва заметного пушка над ними, который он только утром старательно, кажется, выбрил.
- Прости, что снова спрашиваю об этом, но может есть какая-то особая причина, по которой тебя достают ребята в школе? Я понимаю, что тебе неприятно об этом говорить, но если мы оба будем знать истинную причину этой агрессии - с ней будет проще справиться. Я ведь тоже не просто так перевёлся из своей прошлой школы в Далтон, - в голосе Блейна невольно проскользнула толика тоски и некого чувства униженности, но в то же время он всё равно одаривал собеседника доброй улыбкой, чтобы тем самым расположить его к более откровенному разговору, который, быть может, решит очень многое в дальнейшей школьной жизни как самого Курта, так и Соловья быть может в какой-то степени. Ведь если эти издевательства не прекратятся - он всё же начнёт пропускать местами занятия по боксу и будет посещать его школу, просто чтобы присматривать на всякий случай. Его слишком сильно беспокоила судьба Хаммела, и тут уж какой бы не была ситуация и причина всех этих нападок, парень не мог оставить товарища в беде. - Товарища ли?

+1

6

- Зарычи, - засмеялся Курт, радуясь, что беседа началась так легко и непринужденно. Только вот этот голодный взгляд Блейна, его оскал заставили Хаммела вздрогнуть и нахмуриться. Почему-то ему вдруг пришло в голову, что Андерсон может быть не таким, каким хочет казаться: снаружи он милый и добрый розовый слон, а внутри - властный, грозный лев. Мальчик постарался отогнать от себя эти мысли. Конечно, Блейни хороший, разве могут быть сомнения?
Мальчик сочувственно посмотрел на хорошего Блейни. Почему его семья не ценит его? Они смогли сделать почти невозможное - воспитать джентльмена, галантного парня. Если бы Курт не узнал, что Андерсон на год младше него, он бы подумал, что парню лет восемнадцать. Он совсем не выглядел на свой возраст: гладко выбритое лицо, тщательно подобранная одежда, крепкое тело. Рост, конечно, подвел.
- Я не думаю, что это правильно. Блейн, они не должны так реагировать, - Курт прикусил губу, вновь посмотрев парню в глаза. Он еще не рассказал отцу о случившимся, но Хаммел догадывался, что Берт не будет ругать или осуждать Блейна. Может, он даже захочет пожать ему руку в знак благодарности. Кстати, отличный повод, чтобы пригласить Андерсона к себе домой. Но не слишком ли скоро?
- Прости, что снова спрашиваю об этом, но может есть какая-то особая причина, по которой тебя достают ребята в школе? - Курт вздрогнул и отодвинул свой наполовину съеденный пирог. Что ему нужно было ответить? Он мог рассказать причину и столкнуться с непониманием. Или утаить ее и обидеть Блейна. Хаммел облизнул губу и выдохнул, прикрывая глаза и начиная массировать виски. Это слишком личный вопрос. Он едва-едва признался в своей ориентации отцу. Ему было тяжело.
"- Божебожебоже. Что мне делать?"
Раскрыться перед кем-то - это очень трудно и больно. Блейн нравился Курту и он не хотел терять только что приобретенного друга только из-за того, что был геем.
- Знаешь... - медленно начал мальчик, сцепив руки в замок и опустив взгляд на свои пальцы, покусывая нижнюю губу. - Ты прав. Мне неприятно говорить об этом. И я не хочу заострять на этом внимание, - Курт помедлил, прежде чем посмотреть на Блейна и увидеть его взгляд. Какой? Разочарованный? Заинтересованный? Взгляд, полный боли из-за недоверия? - Пожалуйста, пойми меня, - Хаммел вдруг вздрогнул и схватил Блейна за руки, словно тот мог разозлиться и уйти, а вот такое препятствие в виде навалившегося на стол Курта затруднит его возможное действие. - Я совсем тебя не знаю, я не знаю, какой будет твоя реакция, - затараторил юноша, слишком поздно понимая, что делает еще хуже. - Я не похож на них, Блейн, - он все еще не отпускал его ладони. - Я не стесняюсь носить женские свитера. У моды нет пола, знаешь? - он честно посмотрел в его глаза, словно задавая немой вопрос: ты догадался? Нужно ли ему продолжать? - Я люблю романтику. Я люблю сильных парней, - он прерывисто выдохнул, подводя итог своего монолога. - Я люблю парней, Блейн, - он отпустил его руки и прижался спиной к спинке скамейки, испуганно разглядывая Андерсона, слово опасаясь, что он молча встанет и выйдет из кафе. Впервые он не был уверен в своем гей-радаре. Курт не мог сказать, какой ориентации был Блейн. Оставалось надеяться, что Далтон действительно научил его толерантности. - Я гей.

+1

7

Засмеявшись от предложения Курта, юноша невольно сначала напрягся, пытаясь подобрать правильную тональность, чтобы было наиболее правдоподобно и лишь после этого негромко зарычал, в то же время улыбаясь, понимая, как всё это забавно наверное выглядит со стороны. А уж сколько можно было пошлостей придумать на эту тему - лучше и вовсе не думать. Однако Блейн заметил, как новый знакомый нахмурился после его наигранного оскала, потому и сам брюнет постарался расслабиться и выглядеть наиболее доброжелательно, чтобы не пугать товарища лишний раз. В конце концов, он ведь не для этого согласился на образ волка. Да и нет особо в волках чего-то плохого. Они всегда тёплые, даже горячие, если на то пошло, пусть и нос холодный. У них чуткий слух и обоняние. Они волевые и смелые создания, которые всегда придут на помощь брату по-несчастью, не смотря на то, что по натуре в общем-то - одиночки. В своей стае они преданные друзья и заботливые родители для своих щенят. Волки моногамны, чаще всего у них одна пара на всю жизнь и без неё они могут просто погибнуть от тоски и не вынести одиночества после того, как уже обрели свою пару. Исключение могут составить уже ощенившиеся - то есть пока они не поднимут волчат на лапы, они не позволят себе погибнуть. А потом будут искать любую возможность, чтобы покончить с собой. Ну и взгляд, говорят, у них такой же щенячий, как и у обычных собак, и у Андерсона был похожий. И исходя из этого описания волков, его вполне можно было назвать их собратом. Да, он легко работал в коллективе, в своей "стае" Соловьёв, был их альфа-самцом и вожаком, но в то же время - он всегда, по сути, был один и никого не подпускал к себе близко. А если же подпустит - то это уже будет навсегда, что бы не случилось. Так что, уж если Курт с холодными руками напоминал вампира, то у горячего Блейна с бронзовой кожей явно было много общего с типичным оборотнем.
- Я тоже не считаю это правильным, но родителей не выбирают, Курт, - спокойным голосом произнёс юноша, отламывая несколько кусочков тирамису и постепенно поедая их, запивая горячим крепким кофе, чтобы от сладости не сводило челюсть, что не говори, а шоколад с шоколадом, погоняющим шоколадом - это слишком. Зато хорошо успокаивает и прибавляет энергии выше крыши.
После озвучивания своего вопроса, парень заметил, как сильно Хаммел занервничал, и не мог, так сказать из чувства солидарности, не отодвинуть от себя пирог и чашку следом за ним, чтобы быть полностью сконцентрированным на беседе и откровении Курта, что, кажется, ему давалось очень трудно. Блейн уже тридцать раз пожалеть успел, что задал такой вопрос, ведь он в самом деле не хотел его обидеть, как-то задеть или расстроить. Но в то же время и до истины добраться было просто необходимо, и эти несколько дней брюнет просто сходил с ума от складывающихся в хаотичном порядке предположений в своей голове, одно другого хуже. Наркоман? Извращенец? Зазнайка? Задира? Может он оскорбляет их внешний вид? Может он издевается над их родителями? Нет, всё это никак не вяжется с образом этого изящного и миролюбивого, хрупкого и нежного юноши, потому ему приходила на ум лишь одна единственная причина. И, признаться, Блейн мечтал, чтобы именно она оказалась правдой, ибо это лучше всего, да и вообще плохой её по большому счёту совсем не считал. Наоборот, гордился бы им, если бы Курт признался, восхищался бы, пожалуй, правда вот помогать было бы сложнее. Тут уж, как не крути, а понимающих не так много, как даже среди тех же укурышей или садомазохистов.
-Прости... - начал Андерсон, когда голубоглазый дал такой зачин своему монологу, и студент академии Далтон уже хотел было прервать этот разговор, чтобы не расстраивать собеседника ещё больше, но раз тот начал повествование сам, Блейн покорно замолчал и стал внимательно его слушать, сопровождая это действительно интересующимся и каким-то даже заботливым взглядом, полного поддержки, сопереживания и искреннего желания как-то помочь. Он не упустил ни единого изменения его мимики лица, не прослушал ни единого слова и уловил каждый изгиб в его голосе, дрожь, волнение, едва только не слёзные переживания, которые давили на него слишком долго по той простой причине, что Хаммел не мог с кем-то этим поделиться, разделить эту боль так, чтобы его действительно поняли. Не просто похлопали по плечу и сказали, "Не волнуйся, пройдёт", а поддержали и помогли пройти этот тяжёлый путь вместе, рука об руку, преодолевая все трудности и опасности, не отрекаясь от своей позиции никогда.
Без какого-либо сопротивления молодой человек позволил Курту схватиться за свои руки, как за спасательный круг, да и вообще ему казалось, что в своём откровении взволнованный мальчик будто действительно тонул под необъятным грузом трудностей, страха, чувства отчаяния и опасения быть отвергнутым, оскорблённым, не понятым. И конечно же Андерсон готов был протянуть ему руку. Он готов был закинуть его на свою спину и выплыть из этой затягивающей пучины, вытащив его на себе и сделав искусственное дыхание, если тот нахлебается слишком много воды человеческого бездушия и агрессии, которой, кажется, он уже нахлебался по горло и пора делать массаж груди, чтобы выбросить лишнюю обжигающую жидкость обиды из повреждённых лёгких. Сам Блейн держал Курта за руки так же крепко, всем своим видом показывая, что готов его поддержать всеми силами, которые у него есть в арсенале, если это потребуется.
И, слово за слово, фраза за фразой, а предположение Соловья оправдывалось, подтверждалось, предпоследняя фраза подводила черту взволнованному монологу, а последняя - поставила точку. Андерсон облегчённо выдохнул и едва сдержался, чтобы не рассмеяться от радости. Нет, правда, Хаммел так тяжело вёл к этому, что брюнет таких ужасов себе напридумывал, что сейчас и правда ощутил себя окрылённым, облегчённым, будто гора с плеч свалилась. Но он понимал, что смех сейчас мог восприняться за оскорбление, а потому он силой воли подавил его, мягко и доброжелательно улыбнувшись ему.
- Курт, это не катастрофа. Я ведь тоже открытый гей, - сказал Блейн таким тоном голоса, будто говорил о погоде, а не о том, для чего Хаммелу потребовалось так много усилий и подготовки, чтобы в этом признаться. Но ведь сам Андерсон этого особо и не скрывал, не стеснялся, ибо уже приучил себя к тому - что стесняться себя настоящего равноценно лжи всему миру и себе самому в первую очередь, что не допустимо. - Я знаю, каково это. В прежней школе надо мной издевались и это здорово меня бесило. Я даже жаловался директору и мне, конечно, посочувствовали, но было видно, что...всем всё равно. Мне будто бы говорили: "Ты же гей. Смирись. Твоя жизнь будет ужасной. Увы, ничем не можем помочь." И я ушёл. И пришёл в Далтон. Вот так просто. Так что у тебя два варианта. В смысле, я бы рад просто предложить тебе перейти в мою школу, но учиться в Далтоне жутко дорого и это не всем по карману. Или...Ты можешь перестать быть жертвой. Предрассудки - разум глупцов, Курт. И у тебя есть шанс - научить их, - он сделал некоторую паузу, чтобы отдышаться после долгого, хоть и весьма спокойным голосом ведомого монолога, - Борись с ними. Брось им вызов. Я сбежал, Курт. Не стал бороться. Я позволил им себя прогнать и я об этом очень жалею, - признавшись во всём этом так откровенно, с толикой грусти в голосе, но с уверенностью в том, что он сможет вселить в друга веру в себя, Андерсон вновь протянул ему руку в знак поддержки, чтобы будто бы поделиться собственной энергий и силами. Ведь он то как раз очень верил в Хаммела и был почти на сто процентов убеждён в том, что именно ему удастся, быть может, когда-нибудь, изменить этот прогнивший мир в лучшую сторону, придать ему больше справедливости и правильности, человечности и миролюбия. Признания себя такими, какими все мы являемся на самом деле, какими бы нас не сделала природа.

+2

8

- Ты отлично рычишь, - продолжал смеяться Курт. - Настоящий волк, - он пожал плечами, кивнув, словно подтверждая свои слова. И ему не было стыдно - Блейн действительно был похож на этого зверя, особенно сейчас. Оставалось надеяться, что он не укусит, не разорвет на маленькие клочки, заставляя кричать от боли и извиваться, с ужасом в глазах заглядывая в его медовые глаза, которые скорее успокаивали, нежели внушали страх.
- Курт, это не катастрофа. - Андерсон даже улыбнулся ему, на что Курту захотелось встать, хлопнуть ладонями по столу и громко закричать: "Да ты хоть знаешь, что это такое? Каково мне? Был ли ты хоть раз на моем месте?". Оказалось - не зря он продолжил сидеть и судорожно сжимать протянутую ладонь, как будто боялся уплыть куда-то туда, в радужный мир, где президент - гей, школьный директор - транссексуал, а добрая тетенька-продавщица из газетного киоска - лесбиянка. - Я ведь тоже открытый гей, - и Хаммел рассмеялся: так легко ему сделалось. Еще пять секунд назад его сердце болело, дыхание было неровным, но сейчас мальчик почувствовал, что он готов взлететь, что он весит столько же, сколько весит облачко, которое может парить в небе, так высоко, так близко к солнышку. А он боялся. Он боялся рассказать гею, что он гей. Курт Хаммел, ты настоящий идиот. Мальчик едва заставил себя заткнуться, чтобы выслушать Андерсона до конца.
- Борись с ними. Брось им вызов. Я сбежал, Курт. Не стал бороться. Я позволил им себя прогнать и я об этом очень жалею.
- Блейн... - мальчик облизнул губы, прикусив язык, все еще волнуясь и немного стесняясь. - Я похож на человека, который готов бороться? - то есть, да, он готов бороться, но не так долго, не в одиночку. Разве сможет маленький человек с большим сердцем выстоять против целого мира, против града насмешек, против сильных кулаков? Нет, конечно же нет. Да даже вдвоем Курт и Блейн не справились бы с толпой гомофобов, которые по своей комплектации больше напоминали начинающих бодибилдеров. - Я не смогу. Мне страшно, - Хаммел отпустил ладони Блейна, надеясь, что Андерсон не увидел сожаления в его глазах - руки парня хорошо согревали все еще холодные ладони Хаммела. - Я не знаю, как бороться с ними, - он сделал глоток уже остывшего кофе, промокнув губы красной салфеткой. - Мне кажется, я скоро не выдержу и сбегу, - он грустно усмехнулся, нерешительно посмотрев на Блейна: почему он не стал бороться? Он не выглядел слабым. Хотелось задать тысячу и тысячу вопросов, но почему-то Курт считал их... не слишком тактичными. Да, конечно, Блейн почти что заставил его выдать величайшую тайну жизни Хаммела, но... мальчику было неловко задавать вопросы типа "а как ты понял, что ты гей?", "ты уже целовался с другими парнями?", "у тебя есть парень?". Последний вопрос почему-то интересовал его больше всех остальных, еще и вместе взятых. - Позволь задать вопрос? – Курт царапнул ногтем большого пальца подушечку указательного, стараясь отрезвить себя. - Почему ты не стал бороться, Блейн? Как они вообще узнали, что ты гей? - на этих словах юноша стал говорить чуть тише - вдруг их услышат за соседними столиками? Это не Нью-Йорк, где к таким вещам привыкли и относятся более спокойно.
Он не рискнул вновь взять Андерсона за руку, но в какой-то момент его ладонь дернулась, и чтобы это выглядело не так странно, пугающе, может, даже смешно, Курт подпер ею свою щеку, смущенно улыбнувшись Блейну, надеясь, что он не видел этого секундного замешательства.

+1

9

Сказанное Куртом было воспринято скорее как комплимент, хотя, несомненно, он заметил, что юноша напрягся и вряд ли в самом деле был в восторге от образа волка. Но, с другой стороны, он и сам должен понимать, что добро должно быть с кулаками. И каким бы на внешний вид не был бы добродушным пёс с миролюбивыми и молящими глазами, в любой момент он может оскалиться и ощетиниться, если потребуется защитить кого-то, кто ему будет дорог. Главное, чтобы парень понимал, что навряд ли когда-то эти самые клыки и агрессию Блейн проявит в его сторону, ежели, конечно, он сам не вызовет их проявление каким-то предательством или весомым оскорблением. Но что-то брюнету подсказывало, что Хаммел на это попросту не способен, не из тех он людей, что может вести себя подло даже тогда, когда это крайне необходимо просто для самообороны. Это не значит, что Андерсон считал его беззащитным слабаком, вовсе нет, наоборот. Просто он был уверен в том, что у шатена более честные и справедливые методы, нежели предательство, подлость или элементарное махание кулаками по делу или без.
Молодой человек ожидал реакции Курта затаив дыхание, ибо боялся, что его откровение будет принято не так тепло, как он это сделал сам. Мало ли, мальчик мог начать кричать, что тот всё лишь выдумывает, чтобы поддержать его, обманывает его и издевается, но, к счастью, реакция проявилась в более мягкой форме. Соловью на несколько мгновений стало даже неловко - он боялся засмеяться, опасаясь как-то смутить или задеть тем самым своего собеседника, а тот залился облегчённым смехом с такой харизматичностью и обаятельностью, что ему даже в голову не пришло как-либо на него обижаться, и в какой-то момент парень даже сам подхватил его смех, но ровно на такой отрезок времени, чтобы это не задело самого Хаммела, но при этом позволило выпустить им напряжение в этом заразительном весёлом смехе. Всё-таки, что не говори, а у Курта действительно великолепный голос и просто прекрасный мелодичный смех, который Блейн, как он поймал себя сейчас на мысли, был готов слушать вечность, одобрительно улыбаясь в ответ.
- Ты не просто похож, Курт, ты им являешься, - приободряюще добавил Андерсон, когда они оба смогли успокоить краткий приступ смеха и лёгкости, когда он даже крепче сжал руку юноши, опасаясь, что ангел улетит от него, как воздушный шарик, которого плохо привязали лентой за руку малыша, но тот, к счастью, оставался сидеть и никуда не делся даже тогда, когда их руки расцепились. - Ты сможешь. Ты подаёшь им пример своим спокойствием и пониманием, раз до сих пор сам не бросаешься на них с кулаками или оружием. Иной раз положительный пример и терпимость по отношению к нетерпимым - самый лучший способ влиять на них и как-то обучать. Быть может ты даже можешь помочь одному из них, тогда он точно поймёт, что ты из себя представляешь, и даже начнёт тебя защищать, - просто предположил Блейн, во всяком случае, рассуждая, как сам бы поступил, ежели ему было бы так же страшно как Курту, а он прекрасно понимал, насколько ему страшно и как сложно побороть в себе эту предательскую дрожь и неуверенность в собственных силах, словах, намерениях и всём остальном, когда тебя окружают непробиваемые глыбы, казалось бы, совершенно чёрствых существ, которых даже людьми не назовёшь. А ведь каждый из этих горилл - тоже человек, имеет своё слабое место, имеет доброе сердце и душу, просто они настолько закрылись из-за окружающего жестокого мира, что давит на них, что теперь проявление себя настоящего равноценно слабости в глазах других, и пока ты до этого реального стержня не доберёшься и не пробьёшь множественный защитный покров - он так и будет скалиться, махать кулаками и сыпать оскорблениями, как осенний дождь влагой по утру.
Далее последовал вопрос, который, в общем-то, был ожидаем, и Соловей несколько растерянно прикусил губу, так же сделав пару глотков остывшего кофе, заканчивая свою чашку тем самым. По нему и слепой мог бы сейчас прочесть, что Андерсон не в восторге от этой темы, но, что поделать, раз уж сам начал, то договаривай до конца, иначе это было бы не честно по отношению к Хаммелу. - Не сказать, что я это особо скрывал. Я считал, да и сейчас считаю, что быть самим собой и принимать себя таким, какой ты есть - это самое главное, но это, конечно же, не особо ценили. Надо мной издевались, подшучивали, таскали за волосы... - брюнет даже сделал некоторую паузу, поднимая глаза на лоб, будто указывая на свою нынешнюю шевелюру и почти шёпотом приговаривая, - благо, сейчас это сделать уже невозможно, - после чего продолжил, вновь переведя взгляд на Курта, - А на балу Сэди Хокинс я и вовсе решил пригласить парня, что мне был симпатичен, открыто, перед всеми. Не оценил ни он, ни окружающие... Вернее, оценили... Пришлось делать несколько швов и приводить меня в чувства тем, кто всё же дотащил меня до медпункта, - он не хотел слишком сгущать краски, но и врать как-то не намеревался. - Само собой возвращаться после этого в школу было равноценно самоубийству. К счастью, мой отец нашёл возможность и деньги перевести меня в Далтон, - он поднял руки и как бы развёл ими в стороны, будто тем самым подвёл черту, но должен был признаться кое в чём ещё, чтобы расставить все точки над "i".
- Даже после этого я не терял попыток признаваться открыто. Накануне я вместе с Соловьями исполнил серенаду парню из торгового центра, который явно был геем. Но, как оказалось, он это скрывал и после моего выступления его уволили. Само собой, он меня отверг и, ко всему прочему, намекнул на то, чтобы такой школьник, как я, к нему не приближался и не портил жизнь другим, - шумно выдохнув, Блейн невольно стал покусывать собственную нижнюю губу чаще. Он понимал, что, быть может, несколько излишне разоткровенничался, но сейчас он будто видел нужду в том, чтобы быть максимально искренним с Куртом, ведь, как ему не удавалось всё это время поделиться с кем-то своей тайной, так и Андерсон в данном вопросе был не исключением, и когда у него появился такой понимающий друг в схожей ситуации, он не мог упустить такого шанса.
Пироженые уже были доедены, как и от кофе осталось одно только воспоминание, потому, чтобы как-то быть может продолжить и оттолкнуться от болезненной друг для друга темы, кареглазый решил предложить, - Закажем ещё кофе или пойдём прогуляться в парк? - быть может на свежем воздухе им обоим будет значительно легче после таких искренних признаний, которые ещё предстояло переварить и полноценно осознать, уложить в голове по полочкам и признать в полном объёме.

P.S.

Надеюсь никто не против, что ситуацию с Джеремией я решил описать раньше, чтобы лишний раз этим не расстраивать Курта и не петь серенаду кудряшке вместе с ним, что заденет и без того чувствительного Хаммела.

+1

10

Курту нравилось смеяться с друзьями - настроение становилось лучше, а жизнь продлевается на несколько минут. Ну, по крайней мере, сам Хаммел верил в это. Смеяться с Блейном было так же приятно: парень не был громким, не делал неприятных передышек, а еще у него была очень красивая улыбка. Сам Курт не мог похвастаться такой: у него были некоторые проблемы с зубами, из-за чего он был лишен таких радостей жизни, как мороженое с горячим кофе, или он не мог пить горячие напитки, идя по холодной улице - это вредно для всех людей, но когда ты должен ходить к дантисту каждый месяц, это может повлечь за собой куда больше проблем.
- Ты не просто похож, Курт, ты им являешься, - мальчик пожал плечами, показывая тем самым, что не слишком согласен с Блейном. Если бы Курт был сильным, то он давно дал бы отпор всем этим гомофобам с мерзкими улыбочками и их маленькими тупыми поросячьими глазками.
- Если бы я был сильным, Блейн, если бы я мог бороться, я не сидел бы сейчас здесь, я не разговаривал с тобой, потому что тебе просто не пришлось бы спасать меня, - Хаммел улыбнулся, печально посмотрев на Андерсона. И тут же быстро покачал головой. - Но ты не подумай, что я против. Ты нравишься мне, Блейн, - он замолчал, поняв, как это звучит со стороны. А может, он просто стал параноиком. - Я надеюсь, мы станем хорошими друзьями, - объяснился Курт, пожав плечами, словно бы это не он начал краснеть пару мгновений назад.
- А на балу Сэди Хокинс я и вовсе решил пригласить парня, что мне был симпатичен, открыто, перед всеми.
Хаммел кивнул: это было смело. Но то, что Блейн рассказал дальше... Курт ахнул: это было жестоко, бесчеловечно. Неужели его ждет то же самое? Он не справится. Он ни за что не справится.
- Блейн... это... ужасно, - растерянно пробормотал мальчик, испуганно посмотрев на парня. - Прости, что вообще спросил тебя об этом, - он махнул рукой, словно укорив себя за идиотизм. С самого начала было ясно, что это болезненная тема для них обоих. - Думаю, нам стоит проветриться? - он неуверенно посмотрел на Андерсона и вновь вытянул руку вверх - им ведь должны были принести счет?
Когда черная кожаная книжечка оказалась у них на столе, Курт скользнул по Блейну неуверенным взглядом: вроде как Хаммел позвал его на свидание. Значит, по идее, расплачивается он? Но, решив, что им обоим будет комфортнее, если каждый расплатится сам за себя, он вложил в книжицу свою половину суммы и стал не спеша собираться, натягивая пальто.
- Но там холодно. Ты тепло одет? - спросил Курт, намотав на шею шарф и отвернувшись, чтобы посмотреть на себя в камеру своего телефона. Идеально.
Кивнув в сторону выхода, Хаммел первым направился к двери и толкнул ее, выходя на улицу. Конец ноября - это вам не шутки, холодно, долго не погуляешь.
- Куда хочешь пойти? Предлагаю пройтись до парка, может, сообразим, где можно будет погреться потом, - он пожал плечами, надев на руки белые перчатки и поежившись – мерзко, сыро. По коже пошли мурашки, а светлые волоски ан спине наверняка встали дыбом. - Бррр. Не люблю позднюю осень, - буркнул Курт, засунув руки в карманы.

+2

11

Он всё же не сводил взгляда с Курта, рассчитывая увидеть его улыбку, ибо смех у него был чудесный, и когда ему удавалось хотя бы мельком её зацепить, сам Блейн расцветал ещё больше, будто согреваясь от этого редкого, скромного, но безумно очаровательного явления, будто лучик солнца в пасмурную погоду. Он обратил внимание на то, что тот явно смущается смеяться открыто и искренне, но это в какой-то степени делало его ещё милее. Во всяком случае, в сравнении с откровенными улыбками близкого друга, то есть Себастиана, Хаммел в самом деле казался таким скромным ангелом, что его хотелось скрыть от всех возможных вредителей собой, как за каменной стеной, оберегать и быть главным защитником на все времена.
Его неуверенная реакция была очевидной, уж если он так сильно боялся самого факта признаться кому-то в том, кем он является, само собой заниматься переделыванием окружающих и пытаться их сделать лучше ему и подавно будет в тысячи раз сложнее, кто бы в этом сомневался. - И у сильных людей есть слабости, Курт. Так что, иногда и сильным людям нужны защитники. И я ничуть не жалею о том, что спас тебя, потому что у меня появился хороший друг-гей, - они будто подхватили мысль друг друга, почти синхронно то краснея, то бледнея от того, что сказали. - Во всяком случае, это помогло нам найти того, кто поймёт нас как никто другой, так что в этом однозначно есть свои плюсы, - лучезарно улыбаясь, Андерсон попытался расслабиться, ибо уж слишком много компромитирующих фраз прозвучало сейчас, и какое-то время им обоим требовалось просто немного помолчать, чтобы собраться с мыслями и успокоиться, прикончить остатки своего заказа и просто побыть немного в тишине. Иногда и это приносит своеобразную пользу в общение - даёт насытиться тем спокойствием, которое они могут друг другу с пониманием дать, не навязывая чрезмерное общение там, где оно не было уместно.
- Расслабься. Да, это ужасно, но это уже позади, так что, тебе не за что извиняться. Откровенность за откровенность, всё честно, - Блейн даже успокаивающе похлопал Курта по плечу, чтобы тот не думал даже брать на себя все грехи и не пытался в чём-то себя винить. Рано или поздно они всё равно заговорили бы об этом, так что не было в данной теме чего-то катастрофического. - Да, пожалуй, стоит, - брюнет одобрительно кинул, но увидев то, как Хаммел снова поднял руку, покачал головой и осторожно, даже как-то бережно, попытался словить его после этого жеста за запястье, мягко его опуская. - Есть звонок, Курт, вовсе не обязательно махать руками, - попытавшись улыбнуться как можно мягче и дружелюбнее, Соловей решил явно дать понять, что ему не очень нравится этот жест нового друга, и он искренне надеялся на то, что это не будет повторяться.
Ему уж очень хотелось заплатить за них двоих, чтобы с одной стороны вроде как услужить Курту, но с другой стороны он боялся слишком сорить деньгами перед ним, опасаясь, что тот посчитает его зажравшимся мальчиком, который вообще не ведёт счёт карманных денег. Потому всё же вариант оплатить каждому за себя оказался наиболее удачным, и с одобряющей улыбкой, Блейн охотно вложил в книжечку свою половину суммы, и поднялся с места, накинул на плечи лёгкую ветровку, которая по большому счёту разве что от ветра и дождя прикрывала, но совсем не согревала.
- Я горячий парень, мне не холодно, - с усмешкой произнес Андерсон, выходя на улицу даже не застёгивая куртку, чем наверняка вызвал несколько удивлённых взглядов со стороны. Нет, ну а что, ему действительно не было холодно, а напрасно застёгиваться он просто не видел смысла, куртка сковывала движения, а он любил свободу в данном вопросе, чтобы и жестикулировать можно было активно, и просто не мёрзнуть именно за счёт того, что он мог свободно и полноценно двигать всеми частями тела.
- Охотно прогуляюсь по парку, давно не было возможности там просто пройтись, - кивнув и направляясь за Хаммелом, студент старательно пытался не отставать. Пусть разница в росте у них и была относительно небольшой, а следовательно и ноги у друга не были слишком длинными, как и шаги, но он сам, судя по всему от холода, шёл быстрее, чтобы то ли поскорее закончить их путешествие, то ли просто чтобы побыстрее добраться туда, где было бы тепло. - Мне на тебя смотреть холодно, Курт. Хочешь я тебе свою куртку отдам? - искренне произнёс Блейн, ведь ему самому совсем не было морозно и мерзко, напротив, вполне даже комфортно, прохладненько, но не более. Но вот смотреть на то, как мучается Курт - ему было как-то не по себе.
- Я хотел спросить тебя по поводу хора. Ты часто ведь там выступаешь? Достаётся ли тебе соло? И в каком жанре вы в основном поёте? - начал заваливать вопросами Андерсон, чтобы тем самым отвлечь собеседника от осенней промозглой погоды, что ему была не по душе. - Не подумай, я вовсе не намереваюсь вас копировать, чтобы тем самым вас дисквалифицировали. Вовсе напротив, я хочу уточнить, чтобы случайно не повториться. Всё-таки все мы ровесники, вкусы схожие, что может быть небольшой проблемой на выступлении, - улыбнувшись ему наиболее доброжелательно, брюнет сложил руки в замок за своим затылком, и расставив локти в сторону, продолжал шагать рядом с ним, осматриваясь по сторонам и периодически смотря на самого Хаммела, всё больше чувствуя себя неловко за то, что он мёрзнет. Хотелось даже пригласить его к себе домой, но он не был уверен в том, что отец это одобрит, потому не спешил с такими предложениями. Кто знает, может быть у самого шатена ещё много дел планировалось на будущее и он вообще собирался совсем скоро уже уйти домой. Хотя, по большому счёту, с начала их встречи прошло всего около часа и Блейн планировал погулять с ним хотя бы ещё часов пять, или хотя бы посидеть где-нибудь в тепле это время.

+1

12

- М, да. Спасибо тебе, - замялся Курт, неуверенно посмотрев на Блейна. - Я тоже очень рад наконец-то встретить в этом городе открытого гея.
Хаммел действительно был рад: каждому человеку необходим тот, кто похож на него, кто сможет хоть чем-нибудь помочь, действием, или словами - да важно ли это?
- И, знаешь, не все люди идеальны, Блейн, - заметил он, услышав его комментарий о том, что лучше пользоваться кнопкой вызова официанта. Вот под нового знакомого Курт подстраиваться уж точно не собирался. Гордо посмотрев на Блейна, он поправил прическу и фыркнул, выражая таким образом свое отношение к замечанию. А ведь Блейна тоже было за что укорить:
- Я горячий парень, мне не холодно, - заявил он, когда парни вышли на улицу. Отчего-то Курт громко рассмеялся и притянул Андерсона ближе к себе, потянув его за запястье.
- Вот уж нет, если кому-то и нужно отдавать свою куртку, так это мне, - закатил глаза Хаммел и отпустил его руку. Естественно, он не собирался отдавать свое пальто Блейну, но вот застегнуть его куртку он собирался прямо сейчас. И, вжикнув "молнией", он удовлетворенно кивнул, отходя от юноши. - В это время года очень легко заболеть, знаешь? - отметил Курт, поспешно засовывая руки в карманы, чтобы они не замерзли и не обветрились.
И как-то легко - слово за словом, парни разговорились, не спеша шагая по серому бетону, усыпанному блеклыми листьями, которые еще совсем недавно - в начале октября - были яркими пестрыми. Не смотря на холод, было уютно и Курту нравилось то, что они с Блейном постоянно меняли темы разговоров, не давая друг другу скучать или смущаться слишком долго.
- Ты не поверишь, но у меня еще ни разу не было соло, - пожал плечами, Курт, кусая губу. А как же ему хотелось выйти на сцену и спеть так, чтобы все сказали: "Ого. Это тот самый Хаммел?". Правда, зная придурков в МакКинли, из-за этого его начнут дразнить еще больше. - И мы поем... в разных жанрах, - уклончиво ответил мальчик, настороженно посмотрев на Андерсона. Он, конечно, хороший, милый и замечательный, но все же был соперником "Новых Направлений", а Курт был частью команды и все тайны выдавать не собирался. - Мы можем петь классику или рок, поп-музыку, некоторые любят рэп, - он пожал плечами, даже невольно начав гордиться своими ребятами: такие многосторонние, с ума сойти можно. - А чему отдают предпочтение ученики Далтона? - он склонил голову вбок, пытаясь угадать. Оперы? Они ведь послушные мальчики. Рок? Поговаривали, что хор в Далтоне приравнивали  к рок-звездам. Поп? Парни там модные, обеспеченные. Курт не знал и пришел к выводу, что, наверное, "Соловьи" тоже не боятся экспериментировать с жанрами.

+1

13

Фраза Курта по поводу идеальности, как и его дальнейшее поведение, больно кольнуло, не так, чтобы слишком, но в то же время это было крайне неприятно. Само собой, он не ожидал, что юноша начнёт к нему подстраиваться с первых мгновений их относительно недолго продолжающейся дружбы, но и Блейн в таком случае будет иметь полное право высказываться, что думает по этому поводу, а не сдерживаться тактично, чтобы не обидеть. Коли Хаммел может позволить себе вести себя своевольно и не пытается уступать, то тогда и брюнет не обязан. В конце концов, может быть он и прав, в дружбе каждый должен оставаться самим собой, хотя уступать в любом роде отношений всё же стоит, если хочешь эти самые отношения сохранить. Не сломается же он, если вместо щелчка нажмёт на кнопку? Он на это даже калорий потратит меньше, как и сил, хоть они и так тратятся незначительно. Кто бы спорил, это уже утрирование, но всё же.
Несколько растерявшись от того, как Курт притянул его к себе за руку, Андерсон удивлённо посмотрел ему в глаза, и уж куда более шокировано раскрыл их, когда тот бережно и заботливо застегнул на нём куртку. Он не покраснел, но, признаться, ему стало как-то неловко. - Но мне...правда...не холодно... - как-то нерешительно возмутился и попытался воспротивиться Соловей, но всё же снова куртку расстёгивать не рискнул и с шумным выдохом решил всё оставить так, как есть, чтобы лишний раз не спорить с Куртом, а то кто знает, к чему это может привести. Не хотелось бы на первом "свидании" разругаться из-за какой-то чепухи, честное слово.
Беседа текла плавно, не спеша, так же, как шли молодые люди по парку, делясь собственными впечатлениями и мыслями, не стремясь разбежаться слишком быстро, хотя в самом деле и позволить тому же шатену заболеть Блейн не мог, потому гадал о том, куда же им с собеседником деться, чтобы не мёрзнуть в пустую.
- Удивительно. Не знаю, конечно, какой у тебя голос, и, к слову, был бы не против тебя услышать как-нибудь, но думаю, что ты достаточно талантлив и тебя должны допускать до возможности проявить себя. Будь понастойчивее, со всеми, мне кажется, тебе не хватает уверенности и мужества, - задумчиво произнёс Андерсон, сделав на последнем акцент, наблюдая с заботой и какой-то наставнической мягкостью за Куртом, пытаясь придумать, как ему помочь и в чём-то угодить, чтобы тот чувствовал себя в своей невыносимой школе хоть чуточку счастливее.
Но вот в плане музыки он явно ему как-то не особо доверял, что не могло не заставить самого студента академии Далтон напрячься, чуть сведя к переносице пышные брови, но практически тут же их расслабив, не позволяя мрачным мыслям одолевать своё сознание и восприятие. - Наши предпочтения так же весьма разносторонни, начиная от классического рока, заканчивая поп-музыкой. Так что, думаю, если мы случайно совпадём - этого просто не избежать. Благо списки песен согласовываются перед отборочными, - последнее было произнесено каким-то нервным тоном и следом за ним последовал неловкий смех от того, что Блейн чувствовал себя идиотом. Подумать только, ровесники не могут сами договориться о том, кто что будет петь, когда песен миллионы, выбирай не хочу, и вынуждены прибегать к "помощи взрослых", которые согласовывают между собой песни перед их официальным принятием и началом репетиций. Хотя, это можно понять, дети есть дети, они не умеют делиться, чаще всего не умеют уступать и искать компромисс, особенно в тех вопросах, где они могут проявить себя и показать, на что способны. Им не хочется устраивать батлы за одну и ту же песню, хочется, чтобы им просто всё досталось без лишних усилий. Но так не бывает, так или иначе придётся прикладывать и силы, и труд, и учиться рано или поздно уступать ради того, чтобы соревнования были честными и все были в равных условиях.
Сколько времени они продолжали общаться Андерсон не знал и не следил, он просто целиком и полностью посвящал себя разговору с Куртом, с которым, не смотря на некоторые его зазнаистые замашки, было комфортно, весело, спокойно и действительно интересно. Возможно прошёл уже час или больше, они нарезали уже далеко не первый круг по весьма большому парку, находя в нём какие-то изменения, обсуждая их и посмеиваясь. И, парень даже забыл о холоде, хотя правда мысль о том, что Хаммелу-то как раз наверное холодно, продолжала зудеть в голове, но она не делала их прогулку хуже. Однако он уже собирался предложить зайти куда-нибудь, хотя бы в торговый центр, не обязательно тратиться - но хотя бы прогуляться и погреться там было неплохой идеей, так как проситься к другу домой ему всё ещё не хватало решительности, а к себе вести без предварительной договорённости не было возможности. И будто читая мысли наивного Блейна, ему позвонил отец и он не мог не ответить.
- Да папа, скоро буду, хорошо, - положив трубку и шумно выдохнув, Андерсон как-то расстроенно и виновато посмотрел на Курта. - Прости, мне срочно нужно ехать домой, небольшой семейный форс-мажор. Приехал брат, а он появляется крайне редко, потому для моей родни этот повод равноценен тому, что дома пожар и если я не прибуду - мало мне не покажется. Но я всё же хочу проводить тебя перед этим, если ты не против, - пытаясь тем самым загладить вину за вынужденно прерывающуюся прогулку, брюнет неловко улыбнулся, похлопав Хаммелу по плечу, этим жестом показывая, что он не собирается бросать его так просто, какими бы там не были обстоятельства.

p.s.

Придумал адекватный вариант постепенного завершения эпизода, чтобы не растягивать его далее, так как основное мы уже отыграли. Тем более, Блейн же должен вскользь упоминать о брате, чтобы Курт был заинтересован узнать о нём в дальнейшем, как это показано по канону, вот я и решил написать о нём. Надеюсь, ты не против. Твой пост завершающий в таком случае.

+1

14

Убедившись, что Блейн не собирается расстегивать куртку, Хаммел фыркнул:
- Как тебе может быть не холодно? Я скоро превращусь в айсберг, хотя мое пальто явно теплее твоей куртки, - отмахнулся он, не веря Андерсону. Может, он и был горячим парнем, но так еще больше вероятности заболеть, правда ведь?
- Ты обязательно услышишь меня на соревнованиях, - выкрутился Курт, понимая, что он не распевался, а без распевки он вряд ли дотянет даже до си и Блейн просто посмеется над ним. - И у меня есть мужество, Блейн, - он закатил глаза, поднеся ладони ко рту и подув на них, довольно прикрыв глаза. - Просто не всегда мужество заключается в том, чтобы выглядеть как бугай и таскать железо, да? - мальчик поежился и достал телефон, чтобы посмотреть на время. Не так уж долго они гуляют.
- Наши предпочтения так же весьма разносторонни, начиная от классического рока, заканчивая поп-музыкой. - рассказывал Блейн, а Курт закивал: ему нравилось то, что парни не подстраиваются под какой-то определенный стиль.
- Ты ценитель хорошей музыки, да? - улыбнулся Хаммел, немного поворачивая голову так, чтобы посмотреть на Андерсона.  Сердце сжималось при взгляде на него: ну почему, как, ему может быть не холодно? Может, хорошая закалка, но самого Курта бросало в дрожь при мыли о том, что его будут обливать холодной водой, ну и что, что после этого он станет спокойнее относиться к холоду. Важно то, что происходит сейчас, а стоять под струей ледяной воды - это ужасно. Курт вздрогнул, приобняв себя за плечи.
- Да папа, скоро буду, хорошо,- как-то невесело сказал в трубку Блейн, а Курт перевел на него грустный взгляд: звонок оторвал их от такой приятной беседы.
- У тебя есть брат? - заинтересованно спросил Курт, проведя языком по губам. Если этот брат такой же симпатичный как Блейн, то... ох. - Да, я не против, - отозвался Хаммел на предложение проводить его до дома. Они успеют поговорить еще немного и это было хорошо. - У меня нет братьев и сестер. Каково это? - ему действительно было интересно - все незнакомое всегда очень, очень тянет. - Вы близки? - Курт начал бояться, что Блейн огрызнется: "а не слишком ли много вопросов?", но образ злого парня никак не вязался с этим милым загорелым мальчиком.
Хаммел вздохнул, когда увидел свой дом. Оставалось пройти сотню метров, и, о боже - время бежало слишком быстро.
- Спасибо, что согласился выпить со мной кофе, - улыбнулся Курт, останавливаясь недалеко от дома, оглядываясь, чтобы проверить, не видит ли их Берт. - Как-нибудь повторим? - он подмигнул и протянул руку для рукопожатия. Обнимать парня Курт не решился: он знал, что достаточно легко влюбляется, и Андерсон уже начинал нравиться ему. Нельзя было закручивать все слишком быстро, тем более если Блейну уже нравится тот парень, который работает в магазине одежды. - Спасибо, - он поблагодарил еще раз, сжимая теплую ладонь Андерсона.

+1

15

- Подвижнее нужно быть, Курт, подвижнее, кровь движется тогда быстрее и замерзать не будешь, и простудиться будет нереально, - довольно улыбаясь произнёс Блейн, пытаясь хоть как-то отвлечь и успокоить Курта, продолжая двигаться возле него довольно активно и беззастенчиво жестикулируя во время разговора. А Вы думали, как он согревается? Всё элементарное просто и гениально по своему.
- Хорошо, хорошо, я и не настаиваю, - в символе "сдаюсь" брюнет поднял руки, понимая, что вовсе не хочет нагружать Курта пением прямо сейчас, да и не на холоде же петь. Конечно для Андерсона это вовсе не было бы причиной не исполнить что-нибудь для друга, чтобы поднять ему настроение, или просто для самого себя, чтобы поддержать собственный настрой, но сейчас в этом не было необходимости и лишний раз смущать Хаммела своими просьбами студент Далтона совсем не собирался.
- Что ты, Курт, я имел в виду мужество в другом смысле. Смелость, решительность на благородные поступки, вера в себя и в то, что ты сможешь сделать этот мир лучше. Упрямство, упорство в этой цели, непробиваемость и крепкость не столько внешняя, сколько именно внутренняя. Стойкий стержень. Я уверен, что он у тебя есть, просто сделать его нужно ещё крепче и поверить в себя, - похлопав юношу по плечу, Блейн почти виновато посмотрел на собеседника, потому как своими словами он вовсе не хотел его обидеть или как-то задеть, просто тот его не совсем правильно понял. В общем-то, не удивительно, общество, что его окружало, просто напросто подавало ему не правильный пример и неправильное значение тех или иных слов, потому он и воспринимает подобные термины почти агрессивно. Но кареглазый поставил перед собой цель, что со временем он обязательно привьёт Курту правильное понимание всего, что есть в мире, чтобы ему на самом деле было уютнее и проще жить в том, что их двоих окружает, в этом гнетущем вакууме выживания, где каждый готов оторвать тебе голову просто за то, что ты не такой как другие.
На вопрос о музыке Андерсон лишь кивнул, хотя не мог сказать наверняка, если признаться честно. "Хорошая музыка" для всех своя, кто-то таковой считает и даб-степ.
- Да, есть, старший. Мы не в очень хороших отношениях, если честно. Он не воспринимает меня всерьёз и практически всегда и во всём критикует, да и по большому счёту уже отделился от семьи и живёт самостоятельно, сам себе на уме, потому добрых и светлых братских отношений у нас никогда не было и, боюсь, не будет, как бы я сам этого не хотел, - искренне признавшись Хаммелу, Блейн опустил голову, явно давая понять, что не получает особого удовольствия при разговорах о Купере. Конечно, он по своему любил брата и был к нему привязан, но, к сожалению, тот этого никогда не ценил или попросту пользовался вседозволенностью, и практически ничем не отвечал взамен, за исключением очередных упрёков и неприятной критики буквально каждого шага младшего братца, что невыносимо втаптывало самооценку в землю. Но всё же постаравшись отстраниться от мрачных мыслей, Соловей поднял голову и улыбнулся Курту, не желая портить их встречу своим угрюмым видом.
- Это тебе спасибо, что пригласил и пришёл. Действительно замечательно провели время и я с удовольствием встречусь снова тогда, когда тебе будет удобно. Напишешь мне? - лучезарно улыбнувшись и протянув юноше руку, Блейн всё же приблизился к нему и приобнял, похлопав по плечу и плавно отстранился, - Не мёрзни и не болей, Курт. И верь в себя. Я в тебя верю, у тебя всё получится, вот увидишь, - весь вид Андерсона подтверждал его слова и он ни на миг в них не сомневался.

+1

16

Эпизод закончен.

0


Вы здесь » Glee: The power of music » Завершённые композиции » Эпизод #11: Coffee And Cigarettes.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC