Glee: The power of music

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Glee: The power of music » Завершённые композиции » Эпизод #17: Who Are You, Really?


Эпизод #17: Who Are You, Really?

Сообщений 1 страница 20 из 25

1

1. Название эпизода:

Mikky Ekko – Who Are You, Really?

So you feel entitled to a sense of control
And make decisions that you think are your own
You are a stranger here, why have you come
Why have you come, lift me higher, let me look at the sun

Так ты считаешь себя в праве контролировать
И принимать решения, которые ты думаешь, твои собственные
Ты чужой здесь, почему ты пришел
Зачем ты пришел, подними меня выше, позволь мне смотреть на солнце.

Look at the sun and once I hear them clearly say
Who who are you really?
And where are you going?
Well I've got nothing left to prove
Cause I've got nothing left to lose
See me bare my teeth for you
Who who are you?

Смотреть на солнце, и однажды я услышу как они четко скажут,
Кто, кто ты на самом деле?
И куда собираешься?
Ну, мне ничего не осталось доказывать,
Потому что мне нечего терять.
Посмотри как я оскалюсь.
Кто, кто ты?

Now you're moving on and then you say you're alone
Suspicious that this string is moving your bones
We are the fire we see how they run
See how they run, lift me higher, let me look at the sun

Сейчас ты движешься и затем ты скажешь, что одинок.
Подозрительно, что это и движет тобой.
Мы огонь, мы видим, как они бегут
Смотри, как они бегут, подними меня выше, позволь мне смотреть на солнце.

Look at the sun and once I hear them clearly say
Who who are you really?
And where are you going?
Well I've got nothing left to prove
Cause I've got nothing left to lose
See me bare my teeth for you
See me bare my teeth

Смотреть на солнце, и однажды я услышу как они четко скажут,
Кто, кто ты на самом деле?
И куда собираешься?
Ну, мне ничего не осталось доказывать,
Потому что мне нечего терять.
Посмотри как я оскалюсь.
Посмотри как я оскалюсь.

Who who are you really?
And where are you going?
Well I've got nothing left to prove
Cause I've got nothing left to lose
See me bare my teeth for you
Who who are you?

Кто, кто ты на самом деле?
И куда собираешься?
Ну, мне ничего не осталось доказывать,
Потому что мне нечего терять.
Посмотри как я оскалюсь.
Кто, кто ты?

2. Дата и время:
05.09.2011 10:00
3. Очередь и участники:
Blaine Anderson, Sebastian Smythe
4. Планы на эпизод и погода:
Солнечная осень принесла в Далтон нового студента, причём студента весьма необычного - из Франции, по обмену. Блейн сам учился тут недавно, но всегда был рад принять новичков и помочь им адаптироваться. Своего рода это было предостережением от "плохого влияния" тех, кто мог познакомить новичка не с теми людьми и повести его не в ту компанию. Потому, как только удалось вырваться, Андресон с удовольствием познакомился с Себастианом и решил стать его гидом по академии на сегодняшний день. Однако, кто бы мог подумать, что общаться с французом окажется так сложно, особенно когда он старательно притворяется, что толком не знает английский.
http://s9.uploads.ru/RzmPX.jpg

+2

2

Прошло совсем немного времени с тех пор, как Блейн пережил самое унизительное, самое жестокое событие в прошлой школе, где его откровенно избили после бала Сэди Хокинс. А ведь он всего лишь показал себя настоящего, он перестал бояться своей естественности, он решил признаться, искренне, от всего сердца тому, кто ему был воистину не безразличен. Он был так натурален и открыт, что, казалось, даже самое лёгкое слово могло убить его, столь беззащитным был откровенный в своих чувствах Андерсон. Но одного слова, с позволения сказать, людям оказалось мало, очень мало. Эти школьники не отстали от него до тех пор, пока кто-то из сердобольных ребят или преподавателей, он уже толком не помнил, от него не оттащили этих шакалов, так ненавидящих правду. А что плохого в правде? Что плохого в том, чтобы быть собой? Этого Блейн никогда не поймёт, не примет, как бы ему не объясняли, и он как был прямым и честным кудрявым чёрным бараном, так этим бараном и останется. И если его привлекают закрученные рога самца из другого загона - он не будет это скрывать и стесняться, хотя, конечно, и выставлять на показ, как гордость, не станет.
И Далтон стал незаменимым местом, где эту его естественность и натуральность приняли такой, какая она есть. Никто его не одобрял, но и порицания было. Всем было всё равно, но не в виде болезненного равнодушия, а в виде солидарной лояльности и понимания, не больше, не меньше. Этого, пожалуй, ему было достаточно. И именно потому Андерсон просто влюбился в это место, в эти светлые потолки и витые перила, в эти бесконечные коридоры, где день за днём можно было распеваться на переменах вместе с остальными Соловьями и чувствовать себя воистину свободным и, пожалуй, даже понятым и принятым. А разве нужно что-то ещё для радости и счастья? Любимого человека и хотя бы одного настоящего друга, конечно же, совсем не помешало бы, и относительного спокойствия в семье, но всё это придёт, рано или поздно, в этом Блейн был совершенно уверен и ни на миг не сомневался.
А потому, всех тех, кто прибывал в эту волшебную, как ему казалось во всяком случае первое время, академию, из новичков, брюнет готов был принять с распростёртыми объятиями и искренней улыбкой, за руку водить и показывать все красоты Далтона и делиться своими воодушевляющими речами о том, как здесь на самом деле хорошо и замечательно. На сколько здесь важно равноправие, своего рода демократия и не то чтобы одинаковость, которую предаёт им весьма стильная и красивая школьная форма, а скорее общая планка и одинаковые шансы на то, чтобы стать лучше и проявить себя. Если в других школах в большинстве своём всё зависит от того, как ты одеваешься, кто твои родители и какой айфон у тебя, то здесь на это если и обращали внимание, то значительно меньше, во всяком случае - в черте школы. За её пределами эта маска сдержанности у многих падала, но с такими Андерсон предпочитал не иметь ничего общего. Молодых людей из Соловьёв ему было вполне достаточно, и те ему казались если не идеальным братством, то во всяком случае - прекрасными товарищами, и большего требовать ему бы просто совесть не позволила.
Однако услышав, что сегодня к ним прибывает какой-то новичок по обмену из Франции, карие глаза у школьника загорелись, приобретая на какое-то время почти медный оттенок, а он сам поспешил с очередного занятия поскорее в холл, к центральной лестнице, где рано или поздно оказываются все новоприбывшие, чтобы встретить этого таинственного иностранца. Здесь сочеталось всё - и новое лицо, и новое имя, и новый характер, и новые возможности, и совершенно иной менталитет другой страны, и хоть он ещё не видел, кто является тем самым новеньким, Блейн уже весь был в предвкушении, пятки его горели и он едва только не наворачивался на намытом до блеска полу и чудом только не сбивал кого-то из ребят по пути, будто спешил на пожар. Но он же первый, первый должен был его встретить, увидеть, познакомиться, а то вдруг его поймает по пути кто-нибудь из тех, кого Андерсон знать не хочет, привьёт ему неправильное понимание уставов данного заведения и как-то плохо на него будет влиять? Это было просто невозможно допустить, а потому отставать было нельзя, цигель цигель ай люлю.
Наконец, брюнет заметил то самое новое лицо, которого не видел ранее, потому что парень хоть и хорошо, как модель, смотрелся в их общей форме, но своей статностью, причёской, да и просто аурой, которой он излучал, отличался от окружающих. Во всяком случае - для внимательного взгляда любопытного и приветливого Андерсона, который поправил на себе галстук и пиджак, пока ещё был в толпе учеников, вышедших на перемену, и направился к незнакомцу.
- Добрый день. Я - Блейн Андерсон. А ты, я так понимаю, новичок из Франции? - молодой человек протянул руку шатену для приветствия и улыбнулся как можно дружелюбнее, стараясь произвести хорошее впечатление, но в то же время и не спугнуть незнакомца возможной навязчивостью.

+1

3

Школа была ошеломляющей - по меркам Америки. Во Франции он видел и получше, но, увы, выбирать ему не приходилось - это было лучшим, что отец смог найти недалеко от дома, так что пятого сентября Себастиана вместе с парой чемоданов доставили к воротам академии Далтон; водитель пожелал "мастеру Смайту" хорошего дня и успехов в учебе, получил свои десять долларов на чай и укатил, оставив от себя облачко пахнущих бензином выхлопных газов.

Ну, здравствуй, ma nouvelle école.

Директор оказался унылым до невозможности. Прибыльному студенту - а папочка отвалил академии огромную по меркам такого захолустья сумму - он улыбался так, что, казалось, щёки треснут от непривычных усилий. Он лично выдал ему расписание и ключ с номером комнаты, пожал руку, гарантируя безопасность, море веселья и академические успехи, а после сослался на внезапное расстройство желудка и смылся в неизвестном направлении. Только и успел сообщить, что кто-нибудь из студентов с удовольствием покажет ему школу, если только он вежливо попросит.

Да, конечно. Вежливо просить этих de perdants. Puis merde. Проще уж самому.

Следующие десять минут Себастиан провёл, слоняясь по холлу. Он не решался сунуться в один из бесконечных коридоров, заполненных потоками снующих туда-сюда студентов - ещё решат, что потерялся, и всё, репутация испорчена с первого же дня. Он решил отложить изучение школы до звонка на урок - тогда можно будет спокойно побродить и всё разузнать, уж с его-то ногами не будет проблемой обежать два этажа на пятьдесят минут. К счастью, нервная тошнота, мучившая его с самого утра, схлынула, и он не испытывал острого желания присесть в тенёчек и перевести дух.

Будь он сейчас в Париже, кто-нибудь из друзей непременно пошутил бы о том, что утренняя тошнота стала мучить его неприлично часто - ах, petit libertin, уж не пора ли тебе купить тест на беременность? Ребята говорят, месячных у тебя не было довольно давно...

Чёрт, Себастиан скучал по этим придуркам.

Отвлекая себя от очередного приступа ностальгии, Себастиан принялся разглядывать резные деревянные панели, украшавшие стены, и даже увлёкся этим - настолько, что приятный негромкий голос, раздавшийся совсем рядом, заставил его вздрогнуть.

- Добрый день. Я - Блейн Андерсон. А ты, я так понимаю, новичок из Франции?

Mère de Dieu, что за горячая штучка!

Игнорируя протянутую к нему ладонь, Себастиан смерил подростка напротив долгим оценивающим взглядом. Он был невысок, но сложен ладно и плотно, и явно не чурался спортзала, если судить по довольно широким плечам. У него была приятная золотистая кожа и глубокие карие глаза, лучившиеся теплотой; ресницам позавидовали бы многие девчонки, а волосы были аккуратно уложены и зализаны гелем, которого было настолько много, что Себастиан даже отсюда чувствовал запах. Этот парень определённо стоил лишних пары минут внимания Себастиана; во всяком случае, ему уже стало жарко, от одного только взгляда на эти пухлые красные губы. Он нашёл бы им применение, о, да - чёрт, аж голова закружилась!

Себастиан взял себя в руки, сглотнул и не сильно, но уверенно сжал его руку своими пальцами, задержав их чуть больше положенного.

- Qui aurait pensé que cette forme peut bien paraître sur n'importe qui, mais moi, - с улыбкой сказал он, и только по удивлению на лице парня понял, что забылся и заговорил на другом языке. - Прости, - фыркнув, добавил он и нарочито медленно протянул: - Меня зовут Себастиан Смайт.

Французский

ma nouvelle école - моя новая школа
de perdants - неудачники
puis merde - да пошли они
petit libertin - маленький развратник
Mère de Dieu - матерь божья
Qui aurait pensé que cette forme peut bien paraître sur n'importe qui, mais moi - кто бы мог подумать, что эта форма может хорошо смотреться на ком-то, кроме меня

+1

4

Он не любил долгие томительные минуты молчания, даже если на самом деле они затягивались буквально на пару-тройку, просто чтобы сообразить как среагировать лучше. Блейн был человеком действия, движения, не то чтобы он совсем не останавливался, как тот же обожаемый Майкл, и в итоге его пауза и попытка врачей дать ему время на "отдых" привела к гибели, но и не любил вынужденных пауз, которые тратили пустое время и вводили в самое неприятное неловкое положение. То, что его руку не пожали не могло не напрягать, Андерсон поймал себя на тысяче и одной мысли о том, что он сделал что-то не так. Ну да, проще же было свалить всю вину на себя, раз именно он сам планировал встретить новичка по высшему разряду, нежели задуматься на мгновение, что это сам незнакомец замечтался о чём-то своём, и слава богу, что парень не знал, о чём именно, потому как от этого ему однозначно стало бы не по себе. Вообще, меньше знаешь - крепче спишь, это точно. Однако, брюнет начинал уже серьёзно так нервничать. Может он выразился на английском слишком сложно или непозволительно сократил фразу на чисто американский манер, раз иностранец его не понял? Как ему нередко рассказывали другие ребята, что поступали в Далтон из других стран, им крайне сложно привыкнуть к американскому-английскому языку, который имеет такую необъятную кучу нововведений, что человеку незнающему проще утонуть в словарях, чем запомнить их все. Если ты не жил в штатах - ты просто не будешь всего знать, при всём желании, как бы не старался. Не говоря уже и о том, что и в каждом штате присутствовали свои диалекты, которых не было в других местах всё той же родной матушки-Америки. Всё это крутилось в голове Блейна, мало ли новенький действительно просто не уловил суть его фразы? И Андерсон уже открыл рот, чтобы повторить фразу более чётко, понятно, возможно более правильно в плане грамматики и медленно, а то ведь всякое бывает, кто знает, как давно новичок в стране? Может он и языка то толком не знает, а его уже закинули, как слепого щенка, разбираться в окружающей территории самостоятельно.
Но всё же паника отступила тут же, как парень всё понял и всё же сжал ладонь кареглазого своей, как-то подозрительно задерживаясь, будто хотел запечатлеть этот момент в своей памяти. Соловей даже на несколько мгновений перевёл взгляд любопытных глаз с лица нового знакомого на сцепление рук, пытаясь увидеть, что же там такого, что заставило иностранца продлить этот жест дольше положенного? Или во Франции так было принято? Кто их, иноземцев, разберёт. Потому Блейн не спешил убирать свою тёплую руку от ладони новичка, что была прохладной и чуть влажной не то от волнения, не то от того, что он только с улицы. Или это рука самого Андерсона стала влажной? Не суть.
При произнесённой фразе на французском, он улыбнулся ещё более растерянно, приподнял в недоумевающем жесте свои пышные брови и покачал головой, демонстрируя то, что практически ничего не понял. Он знал французский настолько слабо, что даже был вынужден отказаться от него, как от обязательного предмета и взять испанский, потому что не его это было, не по душе. Максимум, в чём он ориентировался - это в неких банальных фразах из песен и фильмов, которые он знал наизусть, и тех первых ориентирах, что давали на первых занятиях, не более. Потому сейчас студент был по большому счёту обезоружен, не зная, как ему лучше реагировать в этой ситуации, чтобы не обидеть шатена, на изящную укладку которого он невольно засмотрелся, прослеживая идеально выведенный пробор.
К счастью, новичок сам поправился и представился как положено, на понятном для Блейна языке. Даже на слишком понятном, так медлить не стоило. - Приятно познакомиться, Себастиан, - вновь улыбнувшись как можно приветливее и расслабившись наконец, брюнет всё же забрал у него свою руку и завёл обе ладони за спину, складывая их там в своеобразный замок.
- Я думаю... - он мотнул головой, понимая, что нужно говорить как можно проще, наиболее элементарными конструкциями, чтобы не перегружать мозг Смайта. - Ты хотел бы осмотреть академию? Я могу тебе здесь всё показать, - так же медленно и чётко произнося каждое слово, не проглатывая окончаний, Андерсон нахмурил брови, ещё раз в голове прокручивая сказанные слова, будто перепроверяя себя, правильно ли он выразился или нет. Кто бы мог подумать, что это будет ещё и тестом на чистоту английского языка! Внимательно осматривая новичка, брюнет уже начал продумывать будущий план их экскурсии, в то же время обдумывая то, как не опоздать при этом на урок. - С какого ты курса? Тебе уже выдали расписание? - заваливать его вопросами не хотелось, то есть пугать их обилием, но и узнать, какой следующий урок должен быть у Себастиана было просто необходимо, ведь надо будет ещё и проводить до него, а потом уже бежать в собственный кабинет. Идеальным вариантом было бы, если они оказались бы одноклассниками, но Блейн не рассчитывал на это и не надеялся на столь удачное совпадение в знакомстве с таким необычным молодым человеком, весь внешний вид которого буквально приковывал к себе взгляд и, отрицать это было бесполезно, особенно перед самим собой.

+1

5

Чем дальше заходил разговор, тем веселее становилось Себастиану. Мало было того, что на выразительном лице нового знакомого открыто читалась каждая его эмоция - удивление и волнение, радость и сочувствие, удивительный коктейль; вдобавок к этому паренёк - ах, да, его звали Блейн, наверное, нужно было запомнить, - говорил с ним, как с умственно отсталым, стараясь не произносить предложения длиннее, чем из трёх-четырёх слов. Сначала Себастиан хотел возмутиться и съязвить, решив, что тот над ним издевается, но быстро понял, что Блейн всего лишь искренне старается понятно донести свои мысли до предполагаемого иностранца, и мысленно покатился от хохота. Godiche, но до чего же милый!

На улыбку Себастиана Блейн ответил своей, раза в три шире и солнечней - то ли пытался подбодрить, то ли ему правда было так уж весело. Похоже, этот парень мог стать отличным развлечением на утро, так что Себастиан быстро пересмотрел свои планы на самостоятельное изучение школы и улыбнулся ему невинно и чуточку растерянно.

- Первый курс, - он для верности растопырил пальцы и продемонстрировал Блейну один. Вообще-то по возрасту и уровню образования он должен был бы перевестись на второй, но ces imbéciles из совета школы возмутились, дескать, во Франции дают совершенно иные знания, мальчику нужна нормальная старшая школа, ну а отец не стал с ними спорить. Прекрасно, один лишний год в этой цитадели зла. Подумаешь. - У меня... вот, - он опустил ресницы, смущённо пряча взгляд - ах, я такой неловкий, seigneur, и двух слов не могу связать, ах, право слово, я сейчас покраснею... Вместо слов он протянул Блейну бумажку с расписанием, и пару секунд тот её придирчиво изучал, прежде чем просветлел лицом, явно найдя какие-то совпадения. Чудесно, если этот tarte chaude будет соседствовать с ним на занятиях, возможно, они станут чуточку менее унылыми.

- Я был бы благодарен, - после паузы продолжил он, - pour une tournée de l'Académie... Ох, désolés. Экскурсия? - он жалобно похлопал ресницами, и Блейн тут же радостно сцапал его за руку, словно это было для него самым обычным делом - брать за руки незнакомых людей и таскать их по школе. Хотя, кто их знает, этих американцев?

- Мне нужны книги, - быстро добавил он, решив совместить приятное с полезным и не только прогуляться по школе в компании горячего юноши, но и обзавестись литературой к следующим занятиям. Блейн понимающе кивнул и сразу же повёл его за собой, уверенно выбирая лестницы и повороты. Стараясь запоминать дорогу, Себастиа одновременно продолжил искоса за ним наблюдать, наслаждаясь мучительной гримасой на его лице: похоже, мысленно Блейн выстраивал в голове фразы, пытаясь сформулировать их так, чтобы несчастный француз смог их понять. На мгновение ему даже стало жалко парня, и он чуть не признался в своём притворстве - но тут ему в голову пришла ещё одна чудесная мысль, и он снова заговорил:

- Vous avez une voix incroyable. Je me demande ce que cela ressemble quand tu gémis? - легко поинтересовался он, словно спрашивал о погоде или домашнем задании, и Блейн снова мучительно скривился, силясь найти смысл в переливчатых перекатах незнакомых гласных. Превосходно - теперь он может отвешивать ему наипошлейшие комплименты, а парень даже этого не поймёт. Возможно, эта школа была не такой уж и кошмарной?

Французский

godiche - простофиля
ces imbéciles - эти кретины
seigneur - сеньор
tarte chaude - горячий пирожок
pour une tournée de l'Académie - за экскурсию по академии
désolés - извини
Vous avez une voix incroyable. Je me demande ce que cela ressemble quand tu gémis? - У тебя восхитительный голос. Интересно, как он звучит, когда ты стонешь?

Отредактировано Sebastian Smythe (2014-01-29 05:36:45)

+1

6

Подобные необычные знакомства позволяли расширить кругозор и устроить голове своего рода тренинг. Всё-таки, когда общаться с человеком легко и просто, это, с одной стороны, кто бы спорил, хорошо и удобно, сразу же взаимопонимание и никаких неловких ситуаций вроде той с рукопожатием, но когда сложнее, когда вынужден думать, прежде чем говорить... О, Боги, в этом было нечто особенное! Даже некоторая дрожь проходила по спине. Да, быть может давление на мозг было больше, чем обычно и в какой-то степени долго это выдержать довольно сложно, только самому терпеливому это будет под силу, но хотя бы ненадолго, почему бы и не попрактиковаться? Кто знает, может общаясь с этим французом, Андерсону всё же удастся овладеть этим языком хотя бы на примитивном уровне? Почему бы и нет, лишним такой навык не будет. Языки вообще лишними не бывают, как те, что произносятся вслух, так и те, что скрыты за рядом ровных зубов.
Далее пошло легче, Себастиан ответил сразу же на английском и даже язык жестов решил привязать, чтобы было понятнее. Ах, слава богу, что он выбрал указательный палец, а не средний, но, к счастью, подобные жесты, кажется, были международными и общепринятыми. Хотя в какой-то стране, как однажды читал Блейн, средний палец был едва ли не приветствием, а "Да" обозначало "Нет". Как и в японском слово "яма" обозначает - "гора", а в русском - "углубление". Такие забавные шарады им периодически давали на занятиях, вынося мальчишкам Далтона мозг окончательно и бесповоротно.
Что ж, протянутый листок был на английском, что упрощало задачу, и формат написанного сразу был узнан и понят. В самом деле Соловей засиял, многие предметы у них с новичком пересекались, а это давало ему возможность в более комфортных для них обоих условиях демонстрировать ему школу, а в то же время - правильно влиять на него, просто демонстративно не подпуская кого-то из тех, кто мог навредить восприятию француза. Всё-таки, говорят, что жители этой страны - изысканы, хорошо воспитаны и восприимчивы сами по себе, весьма обидчивы, и как-то Блейну совсем не хотелось, чтобы уже с первых мгновений кто-то портил иностранцу настроение и представление о родине Андерсона, которую, пусть может не всем сердцем и не со всеми деталями, но он всё же любил.
Первые моменты были выяснены, а время на часах напоминало о том, что начало следующего урока совсем не за горами и им двоим, как же повезло, нужно было направляться в сторону одного и того же кабинета. Мягко схватив Смайта за запястье, брюнет плавно соскользнул уже полноценно на ладонь и повёл красавца за собой, делая весьма широкие и быстрые шаги, почти переходя на бег, но учитывая то, что новичок был выше его, а следовательно - ноги у него были длиннее и шаги ещё больше, тот совсем не отставал и, кажется, такой темп не приносил ему дискомфорта, что не могло не радовать. - Сегодня я поделюсь учебниками, - пояснил Блейн, сворачивая сразу же в сторону аудиторий, а не к библиотеке, понимая, что у них совершенно нет времени на заполнение всей документации, получение учебников и прочих радостей жизни, что обычно занимает не меньше пятнадцати минут при условии, что работник среди стеллажей не заблудится и не будет спать на ходу, как это бывает обычно. - В библиотеку не успеем, -  Да и вряд ли в первые дни новичка будут особо сильно терроризировать вопросами. Скорее всего большинство преподавателей не отстанут от него с типичными расспросами о том, как там во Франции, где бывал Себастиан и о чём он может поведать всем присутствующим из своих воспоминаний при переезде, но явно будет дело не до как таковых уроков. И, признаться, Андерсону его уже было немного жаль, вряд ли Смайт был готов к такому обстрелу со стороны любопытных лиц в академии, что уже с нескрываемым интересом во взглядах сопровождали эту странную парочку вплоть до самой двери кабинета.
Однако очередная фраза на французском поставила Блейна не то чтобы в тупик, скорее сильно смутила и заставила остановиться, прежде чем пройти в помещение. Всей фразы он не понял, но последнее слово уловил, так как в каком-то фильме его слышал и знал перевод. - Стоны? О чём ты? - недоумевающе переспросил кареглазый, посмотрев в глаза Себастиану с неким не то подозрением, не то напряжением, но тут же постарался сгладить неловкость лёгкой улыбкой. - Я почти не знаю французский. Переводи, если не трудно, - вежливо попросить ведь никто не запрещал? Хотя, конечно, он понятия не имел, будет ли тот переводить правдиво или что-то скроет за своими словами, раз уж заговорил о чём-то таком...что смог перевести Андерсон, но так и не понял, к чему это было сказано.
Впустив его в класс и как-то наставнически положив свои широкие ладони на плечи шатена, он кивком поприветствовал ребят и повёл его к своей парте, за которой уже сидел один из одноклассников. - Джеймс, это новичок из Франции - Себастиан Смайт. Я вызвался ему помогать. Уступишь место на несколько занятий, пока он не освоится? - обижать товарища не хотелось, всё-таки они не первый день сидели за одной партой, но тот услужливо кивнул, войдя в положение, весьма быстро собрал свои вещи и освободил место для новичка, желая французу чувствовать себя тут, как дома.
Жестом пригласив нового знакомого присесть, Блейн обошёл стул и водрузил на соседний свою сумку, поспешно подготавливая все необходимые материалы, учебник, канцелярию, даже на всякий случай достал по паре ручек, карандашей, линеек - такая у него была привычка, быть запасливым, ибо частенько кто-нибудь что-нибудь забывал и он всегда мог выручить, о чём знали все в классе. Он не мог знать, как хорошо подготовлен к первым занятиям Смайт, а потому уже был готов помогать ему всем, чем возможно, даже если в этом не было необходимости.
Открыв заранее тот параграф, который готовили все к сегодняшнему занятию, Андерсон чётко обозначил пальцем особенно важную информацию, по которой новичку необходимо было пробежаться хотя бы глазами и подвинул к нему книгу поближе, потому как сам был готов к уроку и в дополнительном повторении не нуждался, а вот Себастиану однозначно требовалось больше времени на освоение.
- Не перебарщиваю ли я? А то ещё подумает, что я его идиотом воспринимаю, - брюнет вновь и вновь ловил себя на этой мысли, но остановить поток заботы не мог, получая от этого какое-то особое удовольствие.

+1

7

- Traduire? Mignon, alors ce ne sera pas si intéressant, - рассмеялся Себастиан в ответ на просьбу. Ещё чего, лишить себя такого аттракциона! Впрочем, настаивать Блейн не стал, тем более что они уже подошли к классу. Себастиан поморщился,окинув взглядом аудиторию, полную гомонящих мальчишек в одинаковой красно-синей форме. Они выглядели как дети, боже, наверняка даже виски ни разу не пробовали, максимум - хлебнули пива под присмотром старшего брата. Какая скука.

Блейн отнёсся к своей роли наставника чрезвычайно серьёзно и сразу же, не давая отвлечься и оценить будущих camarades de classe, повёл Себастиана к парте, положив руки ему на плечи - что, с учётом того, что он был ниже почти на голову, смотрелось забавно. Но смеяться Себастиан не стал, только улыбнулся польщённо, да ещё посмотрел в глаза бывшему соседу Блейна так холодно и жёстко, как только мог - бедный парень тут же позеленел и шумно сглотнул, и Себастиан легко ему подмигнул.

- Tu ferais mieux de chercher un endroit éloigné. Nous ne voulons pas que vous est arrivé quelque chose? - певуче протянул он. То ли парень понимал по-французски, то ли ему хватило улыбки Себастиана и его интонаций, но он тут же упрямо поджал губы и напрягся. Отлично. Пусть с первого дня начинают понимать, кто тут реальная сила.

Блейн озадаченно на него посмотрел, и Себастиан снова мило ему улыбнулся, а потом склонился ближе, легонько касаясь плеча и дыша практически ему в ухо - какой Блейн молодец, что не пошёл с ним за вторым комплектом учебников, теперь им весь день придётся смотреть в одну книгу! Запах малины забивался в нос, но к этому можно было привыкнуть. Зато и тепло, исходившее от парня, ощущалось теперь всей кожей, аж мурашки побежали. Вот бы лизнуть это круглое белое ушко... или золотистую щеку с лёгким пушком... Ммм, так. Учёба.

- Прочитай для меня это? - попросил он, после чего взял руку Блейна в свою - мягкая маленькая ладошка, изящные пальцы, и лучше не думать, как бы они ощущались во время.... и в... кхм. - и положил на страницу, возле интересующего его параграфа. Точнее, на параграф ему было плевать - биосинтез органических токсинов, серьёзно? кому вообще нужна эта хрень? - но голосом Блейна можно было бы озвучивать хоть алгебраические формулы, и это всё равно звучало бы как секс по телефону. - S'il vous plaît.

Едва Блейн успел заговорить - Себастиан с восторгом наблюдал, как шевелятся яркие розовые губы, как их старательно облизывает маленький язычок, и додумывал себе всевозможные сладкие подробности, вроде того, как очаровательно смотрелся бы этот язычок, вылизывая его член, - как в класс вошёл учитель. Ученики подскочили и встали навытяжку, очевидно, в знак приветствия; Себастиан бы и не подумал сделать то же самое, но Блейн похлопал его по плечу, и он нехотя поднялся. Взмахом руки им позволили сесть, после чего учитель залопотал обязательный в такой ситуации монолог: дорогие дети, новый ученик, гость из другой страны, давайте поздороваемся, давайте познакомимся...

- Мистер Смайт, не хотите ли рассказать своим одноклассникам немного о себе? - со сладкой до тошноты улыбочкой поинтересовался учитель, и Себастиан с досадой закатил глаза. И это ждёт его весь день? Может, ещё не поздно броситься под машину?

- Нет, - сказал он, и учитель замер, словно в голове у него уже был готовый сценарий, а Себастиан его только что сломал. Что поделать, Себастиан любил это делать. - Нет, не хочу, - добавил он для уверенности, а потом подмигнул Блейну и, склонившись к его уху, тихо сказал: - Я расскажу тебе. Потом. Avec tous les détails sordides.

Французский

Traduire? Mignon, alors ce ne sera pas si intéressant - Перевести? Милый, так будет не интересно.
camarades de classe - одноклассники
Tu ferais mieux de chercher un endroit éloigné. Nous ne voulons pas que vous est arrivé quelque chose? - тебе придётся поискать себе место подальше. Мы ведь не хотим, чтобы с тобой случилось что-то нехорошее?
S'il vous plaît - пожалуйста
Avec tous les détails sordides - со всеми грязными подробностями.

+1

8

Блейн совсем слабо уловил смысл его слов, но, кажется, догадался как минимум по его поведению и по тому, что тот будто намеренно продолжал говорить по французски, что переводить он ничего не намеревался. Или не мог. Всё может быть, потому юноша не спешил на него обижаться за то, что тот избегает нормального контакта, как бы это не звучало, но уже напрягся, невольно подозревая, что что-то здесь не так. Местами он говорил по английски, местами снова переходил на родной язык, и то ли Соловья начинала поглощать паранойя, то ли ему начинало казаться, что француз намеренно говорил на английском как можно меньше. Или же всё-таки просто плохо его знал? Начинался внутренний спор, о котором можно было догадаться лишь по сдвинутым к переносице хмурым пышным бровям в том напряжённом взгляде, который был адресован Себастьяну после очередной длинной фразы, адресованной Джеймсу. Он что-то затевает или Андерсон зря ждал отовсюду тех, кто намеревается его подставить и воспользоваться доверчивостью и добросердечностью? Кто знает, кто знает. Опозориться перед новичком он всё равно не мог и был готов ему помогать хотя бы первый день.
-Ммм, да, хорошо, - брюнет несколько замешкался, засмотревшись на над чем-то смеющихся ребят, которые пытались друг другу пересказать сцену из накануне вышедшего комедийного боевика, естественно пытаясь при этом изобразить эту сцену, и выглядело это действительно весьма весело. Блейн едва не сорвался с места, желая к ним присоединиться и чутка подурачиться, всё равно пока новенький читал бы спокойно учебник, а он просто не отвлекал и не мешал бы ему изучать, быть может, совсем ещё неизвестный ему материал, но коли Смайт остановил его и попросил прочесть небольшой отрывок, кареглазый не мог ему отказать. Видимо читать ему было всё ещё сложно. Потому охотно согласившись и начав читать, Андерсон некоторые фразы даже отдельно пояснял, поднимая взгляд от учебника на Себастиана, будто на всякий случай проверяя - а слушал ли тот его вообще или быть может уже чем-то другим занимался? Но тот, вроде бы, действительно внимательно слушал его и смотрел так, что юноше даже как-то не по себе стало, он облизнул пересохшие губы и продолжил читать ровно до тех пор, пока не услышал явные признаки того, что преподаватель уже в аудитории.
Будто по кнопке "пуск" Блейн тут же поднялся с места, солнечно улыбнулся учителю и кивком поприветствовал его. Для него не было это обычной формальностью, он действительно был рад данному человеку, потому и встречал его соответственно, а чтобы и новичок не ударил в грязь лицом, американец осторожно подтолкнул его, похлопав по плечу, как бы намекая, что данная процедура обязательна. Был как-то раз, когда кто-то из зазнаек не хотел вставать и преподаватель имел полное право не начинать занятие ровно до тех пор, пока этот наглец не поднимется и не поприветствует его. Странные правила, но уж какие есть, этикет такой этикет.
Прозвучал тот самый невыносимый вопрос сразу же, как все сели, и Андерсон невольно зажмурился, будто от удара, а потом робко приоткрыл один глаз, словно подглядывая за Себатианом и ожидая его реакции, осматривая его с искренним сочувствием, но тот весьма ловко оборвал ход учителя, что несколько даже удивило не только самого мужчину, но и всех остальных в классе. Юноша даже слегка дёрнулся от неожиданности, но попытался не предавать этому особого значения.
Далее занятие прошло относительно спокойно. Парни вынужденно сидели вплотную друг к другу, Блейн не сводил взгляда то с учебника, то с диктующего лекцию преподавателя, то с собственной тетради, на Смайта ему смотреть было, конечно же, некогда. Разве что иногда он с любопытством заглядывал в его тетрадь, чтобы узнать, какой у того почерк, всё же французы же эстетичны во всём, значит, наверное, и пишут они куда аккуратнее, чем курица-лапой Андерсон, который чаще всего ставил цель не на красоту, а на скорость, чтобы не упустить чего-то важного из слов учителя.
К счастью, наконец-то урок был закончен, потому как, признаться, он был действительно весьма скучным и утомительным. Собрав свои вещи и дождавшись Себастиана, Соловей вновь положил ладонь на его плечо. - Сейчас большой перерыв. Предлагаю сходить в буфет. У нас там отличное кофе, - правда брюнет знал, что с ним за один столик обязательно садились Вес и Тед, и как будет сейчас - он не знал. Кто знает, может новичка напряжёт такая обильная компания в буфете уже в первый же день занятий? Потому, спустившись наконец с ним в их столовую, что в академии была оформлена как полноценное кафе, Блейн заказал себе кофе и пару пирожных, чтобы просто утолить голод и необходимость в сладком после напряжённых первых двух уроков, и стал ожидать Смайта, осматриваясь и выбирая глазами столик, рукой указывая на него новичку, ожидая от него согласия или отказа, чтобы выбрать что-то более подходящее.

+1

9

- Как насчёт этого? - предложил Себастиан, кивнув на столик в углу, который стоял немного в стороне от остальных. Помимо того, что он стоял недалеко от окна, как раз в квадрате солнечного света, несомненным плюсом было также то, что возле него было всего два стула - никто не попытается подсесть и посметь отвлекать Блейна от его сиятельной персоны. Да, Себастиан был единственным ребёнком и не умел делиться, и что в этом такого?

Себастиан взял себе кофе, принюхался к стаканчику и скривился. Эта ужасная чёрная жижа больше напоминала машинное масло не лучшего качества, чем благородный напиток, к которому он привык в Париже. Не говоря уж о том, что у них не было даже коньяка. Как он должен пить кофе без коньяка? Это Спарта или современная Америка?! Да во Франции в тюрьмах обслуживание лучше, чем в этой школе!

Бурча себе под нос французские непристойности, Себастиан вместе с Блейном сел за указанный стол, и на пару минут они замолкли, смущённо глядя в стол и не зная, что говорить. Точнее, у Себастиана не было проблем с поиском темы, но, чёрт, как же неудобно было строить из себя иностранца! По крайней мере, во время урока он не забыл писать по-французски, иначе бы сразу же прокололся... И жаль, что Блейн заглянул в его тетрадь всего пару раз - угол третьей страницы он украсил детальным изображением его задницы, обведённой в сердечко, но Блейн это пропустил. Sa perte.

Устав от молчания, Себастиан обаятельно улыбнулся, а потом потянулся к пирожному Блейна.

- Puis-je essayer? - поинтересовался он, и, не дожидаясь ответа, мазнул по крему указательным пальцем, а потом сунул его в рот, слизывая белую сладкую слякоть. Ммм, неплохо - хотя он определённо не отказался бы попробовать кое-что ещё. Но главным был даже не вкус, а то, как уставился на него Блейн - о, да, с возмущением, но не только! Себастиан готов был поклясться, что хоть на мгновение, но глаза Блейна вспыхнули огоньками похоти. Иначе с чего бы он залился таким очаровательным румянцем? По щекам, по шее - ооо, румянец спускался даже под воротник рубашки, и Себастиан готов был поспорить, что Блейн из тех людей, которые краснеют пятнами по всему телу. Может быть, у него и задница сейчас такого же легкого пунцового оттенка?

- Impressionnant. Fait intéressant, vous êtes tout aussi savoureux? - лениво поинтересовался он и скрыл улыбку стаканчиком с кофе, давая Блейну перевести дух и взять себя в руки, после чего снова медленно и раздельно добавил, нарочито коверкая звуки: - Расскажи о себе.

Французский

Sa perte - его потеря
Puis-je essayer? - Можно попробовать?
Impressionnant. Fait intéressant, vous êtes tout aussi savoureux? - Впечатляет. Интересно, ты такой же вкусный?

Отредактировано Sebastian Smythe (2014-01-30 01:01:09)

+1

10

Одобрительно кивнув, Блейн последовал к выбранному столику, не решившись спорить и как-то предлагать иные варианты. Там было солнечно и тепло, что вообще идеально после прохладных коридоров, все остальные столики стояли в стороне и можно было спокойно пообщаться с новичком так, чтобы его ничего не смущало. Быть может, так даже лучше, Андерсон сможет узнать его поближе и тот станет больше говорить на английском? Кто знает, всё-таки хотелось бы, чтобы уже спустя час их общение стало если не более дружеским, то хотя бы товарищеским, более комфортным и доверительным, а то, признаться, брюнету было как-то некомфортно. Вроде бы он и помочь пытается, но по сути - совершенно незнакомцу, которому, может быть, даже неприятен этот переизбыток заботы, но он просто не знает, как по-английски наиболее тактично сказать "Отвали, прилизанный, без сопливых скользко, сам разберусь". Но, возможно, в этом был своеобразный плюс, то есть Себастиан так до сих пор не сказал и была надежда, что никогда и не скажет, если удастся втереться ему в доверие за эти несколько дней помощи.
К своему кофе Андерсон отнёсся спокойно. Конечно же он знал места, где его готовят лучше, да даже у него дома его делали лучше, но это же школа, в конце то концов, а не ресторан, потому он не видел причин для особых претензий и капризов. Хорошо, что хотя бы горячий, чуть сладкий и действительно крепкий - бодрит, впереди ведь ещё столько занятий, на которых нужно не только не уснуть, но и вовремя по возможности помогать новичку.
Сделав пару глотков кофе, Блейн довольно выдохнул и прикрыл глаза на несколько мгновений, просто растворяясь в этом согревающем и приятном чувстве, наслаждаясь тем, как горячий напиток пробегает по горлу, смягчает его и делает его собственный голос в будущем из хрипловато-низкого в мягкий и бархатный, который многим нравился гораздо больше. Медленно расслабленно открыв глаза, услышав голос Смайта, парень чуть нахмурился, пытаясь чисто по смыслу догадаться о переводе фразы, но по вопросительной интонации и тому, что француз уже потянулся к его пирожному, он и без лишних слов понял, чего хотел новичок и лишь одобрительно кивнул. Не даром же он взял две штуки, из расчёта - чтобы поделиться, как же без этого? Не  умел он есть в одиночку, становилось некомфортно, будто он свинья. Так что, даже если бы парень не спросил - Андерсон сам бы навязал ему это несчастное пирожное, которое он сейчас ел...Вернее, не совсем пирожное, а потому, признаться, на первое время юноша просто завис.
Как он уже убедился, в его школе более геев не было, во всяком случае - открытых, которые готовы в этом признаться и заводить с кем-то отношения, а потому он уже не особо надеялся найти кого-то себе в этом окружении. Но заметив действие Себастиана, брюнет просто обомлел на несколько секунд. Что-то в его голове кричало, - Натуралы так не делают! - и от этого зрелища, откровенно говоря, у Соловья просто перехватило дыхание, уж слишком это соблазнительно, просто непозволительно привлекательно выглядело. Тут уж независимо от степени доверия в отношениях и времени того, как долго они знакомы, не залюбоваться этим и не почувствовать, как по спине и груди пробежалась дрожь, спускаясь вниз, к паху - просто невозможно. Это была провокация или тому просто так нравилось есть? Знать наверняка Блейн не знал, но его взгляд вполне ясно отобразил то, что "к такому его жизнь не готовила", он весьма заметно смутился, зардевшись, и в то же время не знал, куда деть свой взгляд, начав плутать им по стенкам и картинам за окном, потому что смотреть на самого Смайта после этого действия было как-то неловко. На пару мгновений парень даже прикрыл глаза, чтобы отвлечься и представить что-нибудь отстранённое, но эта картина с изящным пальцем в белеслой жидкой сладости, утопающем в привлекательных ярких губах просто не выходила из головы, крутясь перед взглядом снова и снова под разными ракурсами, то даже с каким-то довольным причмокиванием, то с предложением о том, чтобы покормить таким образом Андерсона, а то он так растерялся, что даже не ест совсем. Мотнув головой и открыв глаза, поняв, что это совсем не помогает отвлечься, студент глухо выдохнул и сделал большой глоток кофе, обжигаясь и зашипев, отставив его в сторону. Было, наверное, даже слишком заметно, что он нервничает.
Новая фраза на французском не то чтобы сбила его с толку - его уже и так снесло с рельс, но он её совершенно не понял, недоумевающе глядя в глаза Себастиана и просто с надеждой ожидая, что тот задаст какой-нибудь вопрос на английском или просто переведёт уже сказанную фразу, к счастью, так и произошло. - Я тоже здесь учусь относительно недавно. Это прекрасная школа. Здесь к людям с любыми необычными потребностями относятся с пониманием и поддержкой. Такого я нигде не встречал, - он всё так же старался говорить кратко, хотя и не всегда получалось. Чтобы отвлечься ещё лучше, Блейн всё же поднял в руке одно из пирожных и откусил немного, даже не заметив, как местами крем остался у него вокруг губ и осел на лёгком пушке в виде, усов, продолжая свою речь. - Вступил в хор Соловьёв. О, они отличные ребята. Я - их солист. Если интересуешься музыкой - я могу тебя сводить туда тебя после уроков, - охотно предложил Андерсон, поднимая взгляд на Смайта и теперь одаривая его таким же вопросительным тоном. - Твоя очередь. Давно ты в Америке и надолго ли к нам приехал? И по какой причине, если не секрет? - не хотелось его снова перегружать информацией и вопросами, но что поделать, любопытство так и лезло наружу и его было просто не удержать.

+1

11

Себастиан едва слушал излияния Блейна; то есть, это, конечно, было довольно интересно, ему же тут учиться и всё такое, надо знать основные сплетни - но, боже, чем этот парень думал, когда ел пирожное?! Кто так делает? Это же невыносимо! Себастиан сглотнул слюну, жадно наблюдая за тем, как мелькают белые зубы, аккуратно откусывая крохотный кусочек пирожного. Часть крема осталась на губах, и Блейн его тут же слизнул ловким движением языка, но ещё больше осталось над губой и даже немного на кончике носа, и сам бы Блейн этого не заметил - и Себастиан не смог бы озвучить в приличном обществе мысли, на которые это наводило. Сочетание невинного ангельского выражения на лице с белой вязкой субстанцией, медленно текущей к подбородку... Чёрт, Себастиан слишком хорошо представлял себе, что могло бы точно так же стекать, будь они одни в чуть более интимной обстановке. Он не был фанатом порнографических штучек, оставляя их кинематографу, гоняющемуся за зрелищностью, но ради Блейна поступился бы своими принципами и с удовольствием спустил бы ему на лицо, пачкая и розовые губы, и нежные щёки, и весь его идеальный, с иголочки костюмчик.

- Ммм? - рассеянно отозвался он, когда сообразил, что Блейн, кажется, ждёт ответа. Что же он спрашивал? Да какая к чёрту разница. - Прости, я немного отвлёкся. Ты... испачкался, - он ухмыльнулся самоё пошлой из арсенала своих усмешек, а потом перегнулся через стол, нависая над испуганно обмершим Блейном, и медленно провёл большим пальцем по его губам, собирая остатки крема. Под всё тем же ошарашенным взглядом он так же плавно облизнул палец и довольно причмокнул губами. - Хм. Знаешь, так даже слаще, - доверительным шёпотом сообщил он и снова, как ни в чём не бывало, вернулся на свой стул.

- Так о чём мы? Ох, merde! Мой галстук! - он понял, что во время этих манипуляций умудрился окунуть его кончик в свою чашку, и теперь по полосатому шёлку расползается неаккуратное пятно. Ну, ему всё равно не особо нравилась эта форма. - Похоже, придётся от этого избавиться, - поделился он и принялся распутывать узел на галстуке. С первой попытки это не удалось, так что пару секунд спустя он потерял терпение и просто стянул его через голову, растрепав идеальную укладку, после чего бросил потерявшую для него значение тряпку в сумку. Чтобы довершить образ, он расстегнул две верхние пуговицы на рубашке, открывая взглядам длинную белую шею с острым кадыком и россыпью мелких пятнышек родинок, похожих на просыпанную кем-то очень неаккуратным гречку. Блейн всё ещё пребывал в неком ступоре, и Себастиан ему снисходительно подмигнул - он понимал, какое впечатление производит на неподготовленную публику, и умело этим пользовался.

- Хор, говоришь? Ммм, можно попробовать, почему бы нет. Нужно же чем-то занимать те вечера, когда Скандалы закрыты. Поющие мальчики ничем не хуже танцующих, и мне не придётся тратиться им на выпивку, - фыркнул он и залпом допил остывший кофе. Ему не доводилось раньше целенаправленно заниматься в хоре, но он умел петь - музыка была обязательным предметом в его прошлой школе. Ах, милая Франция! Куда до неё этой плебейской Америке? - Так что ты у меня спрашивал? Я прослушал, прости. У меня было, на что посмотреть, - он подмигнул ещё раз, ясно намекая, что было объектом его внимания.

Отредактировано Sebastian Smythe (2014-01-30 03:05:34)

+1

12

В самом деле, Блейн совсем не заметил то, что испачкался, так как не то крем был комнатной температуры и почти не чувствовался из-за этого, не то просто он слишком увлёкся беседой и положительными мыслями в адрес Соловьёв и академии в целом, что ему было вовсе не до таких мелочей. А потому ему не совсем был понятен такой внимательный и пристальный взгляд Смайта, будто он на нём какой-то клад разыскал или в самом деле был уж очень сконцентрирован на том, что рассказывал ему Андерсон. Правда обычно, когда человек тебе о чём-то говорит и ты его внимательно слушаешь, смотрят всё же в глаза собеседнику, а не на его губы. Взгляд на губы вообще обычно имеет совершенно другой смысл, пускай немного, но в этом брюнет разбирался, потому его недоумение в карих глазах плескалось всё более заметными зелёными вкраплениями, будто сомнение отображалось весьма отличающимся оттенком.
- Я? Да? Упс, - Блейн растерялся и отложил пирожное обратно на блюдце и взялся уже за салфетку, намереваясь вытереться, облизнулся ещё на всякий случай, но сам Себастиан как-то подозрительно начал к нему приближаться, от чего юноша даже как-то отстранился назад, скорее машинально, удивлённо хлопая ресницами, вздрагивая от такого весьма интимного прикосновения к губам, не говоря уже и о том, какой ухмылкой это действие сопровождал его новый знакомый. То, что в данные несколько мгновений Соловей просто забыл, как дышать - это мягко сказано. Он затаил дыхание и смотрел на парня над собой с таким откровенным шоком и весьма заметным смущением, что даже слова вымолвить не мог, пытаясь элементарно сообразить - в правильном ли пространстве он находится или его сейчас ненароком занесло в чужую Вселенную, окунув в новые правила жизни с совсем другими условиями гравитации. Кто бы спорил - ничего подобного парень ранее не ощущал, потому и растерялся сейчас так невинно и открыто, глядя на Смайта как на восьмое чудо света.
Попытавшись взять себя в руки - он слишком рано расслабился, надеясь, что это всё, но ведь шатен ещё и облизнул палец, снова, чёрт возьми, он снова это сделал! Блейн был готов поклясться, что ежели не толпа ребят в столовой и не тот факт, что они знакомы с французом всего чуть больше часа, сейчас бы брюнет просто взвыл, сорвался бы с места и как ошпаренный ринулся в ближайший туалет, чтобы умыться. А может и не только умыться... Казалось, что всё это произошло всего за несколько секунд, но в эти секунды Андерсон растерялся так, как никогда ранее, ведь, действительно, его ещё никогда не ставили в столь неловкое положение, когда даже собственный голос в голове, вопящий о том, как соблазнительно выглядит этот иностранный искуситель, казался каким-то чужим, не своим, случайно забредшим под тёмные кудри, словно мимо пролетая и просто запутавшись, как посторонняя муха. Наконец он смог судорожно выдохнуть, когда Себастиан отпрянул, медленно, но верно, возвращаясь из потустороннего мира в нынешний, пытаясь проморгаться и осознать уже на трезвую голову, что сейчас произошло.
- Слаще? Чёрт подери, либо я параноик, либо он на самом деле со мной флиртует! Возьми себя в руки, Андерсон! Это ведь такая глупость. Да и даже если так - этот француз слишком многое себе позволяет, на таких просто нельзя вестись, ибо понятно, чем это обычно заканчивается. Но, неужели он тоже...гей? - этот факт не хотел укладываться в голове, хотя глядя на поведение Смайта, его внешний вид и многое другое, какой-нибудь "натуральный-натурал" уже сделал бы такой вывод значительно раньше. Но Блейн знал, что ухоженных парней, которые просто обязаны держать себя в статном и приличном виде, в Далтоне - почти все сто процентов, всё-таки все они дети из богатых семей, для которых статус и внешний вид зачастую играют ведущую роль, и, само собой, подвести свою семью нелепым и небрежным видом им было просто непозволительно. А потому салонные причёски, начищенные до блеска туфли, дорогой парфюм - всё это было практически визитной карточкой любого ученика академии не меньше, чем форма этой же школы. И по этой причине брюнет боялся поспешить с выводами, но, однозначно, тут уже жать на тормоза было поздно, как и поворачивать назад. Натурал бы не касался бы другого парня так, не облизывался бы так дважды, и не улыбался бы такой похотливой улыбкой, будто представил на лице Блейна явно не крем. Теперь уже до него дошло, почему Себастиан на него так смотрел до этого, в голове студента невольно представилась картина с "заменителем крема", и теперь уже он вновь вспыхнул на пару незаметных мгновений смущением - представлять подобное, сидя в буфете - не лучшая идея, в самом деле. Другое дело дома, наедине с собой в ванной или на кровати, но точно не тут, с едва знакомым новичком из Франции.
Пожалуй, он даже слишком замечтался, представив всё это, а потому теперь дёрнулся, когда Смайт выругался по французски, мучая свой галстук и пытаясь его стянуть с себя. Вашу ж мать, Соловей только что пытался себя убедить в том, что нельзя думать о посторонних вещах в буфете, да и вообще в школе, но выглядело так, будто новый знакомый его откровенно провоцировал! Галстук-змея сопротивлялся, будто упирался, не желая развязываться, и с какой-то особой страстью в следующую секунду француз уже срывает его с себя, вызывая у Андерсона весьма слышимый вздох, который просто не удалось сдержать. Хорошо, что не стон, в самом деле. Он даже кулаки сжал посильнее, до побелевших костяшек, чтобы взять себя в руки. Но это было только начало. Следом отстёгивались пуговицы, одна, вторая... в голове представлялось уже значительно большее, а Блейн постепенно начинал белеть и синеть, потому что явно совершенно выкинул из головы мысль о том, что хотя бы иногда дышать всё же стоило. Так, на всякий случай, а то так и задохнуться недолго. - Блейн, привет! - послышалось со стороны и тот мгновенно закашлялся от того, как его стукнули пару раз по плечу, вроде совсем легонько похлопали, а ощущение было таким, будто его весьма сильно ударили. Ещё бы, он был так восприимчив и сконцентрирован сейчас, что даже шёпот показался бы почти граничащим с криком. Но он должен был поблагодарить того, кто всё же помог прийти в себя, но обернувшись, Соловей увидел, что кто-то из знакомых уже затесался в толпе и теперь вычленить его было сложно, чтобы понять, кто это был.
- Смотрю ты больше стал говорить по английски, - практически тут же отметил Андерсон более сухим и строгим голосом, делая несколько больших глотков уже порядком остывшего кофе, мысленно встряхивая себя за плечи и уже полноценно придя в себя. О чём говорил Себастиан, Блейн не был в курсе. Во всяком случае, его руки ещё не дошли до того, чтобы изучать местные гей-клубы, из-за учёбы и много чего ещё было просто не до этого. Да и вроде в такие места пускают только совершеннолетних. Потому слово "Скандалы" ни о чём ему не сказало. Но вот сама формулировка "танцующие и поющие мальчики", "тратиться им на выпивку". Ну всё, выносите святых. Он точно гей. - Ты ведь тоже нетрадиционной ориентации, да, Себастиан? - это всё же сорвалось с губ, нижнюю из которых как-то нервно Андерсон поджал, закусывая изнутри верхним рядом зубов. Он не хотел как-либо обидеть Смайта, и даже сам не заметил, как весьма отчётливо сказал слово "тоже", тем самым выдавая себя просто с головой.
- А спрашивал я тебя о том, как ты оказался в Америке и почему перевёлся именно в Далтон? - тон уже не был таким же дружелюбным, как и прежде, ибо Себастиан уже спалился в том, что английский знал и мучил Блейна всё это время напрасно, видимо, ради развлечения. Это ему не шибко нравилось, хотя, быть может, всё же ситуацию смягчала добрая улыбка, потому как, ежели Смайт с ним "с одной подлодки" было бы просто несправедливо относиться к нему как-то грубо. Напротив, среди "своих" нужно было заводить больше друзей, чтобы в дальнейшем было проще выбрать среди них кого-то единственного. А, как понял Андерсон, ребят нетрадиционной ориентации в Огайо вообще немного, а потому упускать любой шанс было просто рискованно.
- Пойдём, сейчас будет ещё один урок, - ловко и быстро доедая остатки своего пирожного и запивая сладость кофе, Блейн прихватил сумку и направился в сторону выхода, всё ещё услужливо дожидаясь шатена, чтобы проводить его далее. Всё-таки знал он английский или нет - школу он не знал точно.
В дальнейшем учебный день прошёл уже более сухо и равномерно в том плане, что Андерсон уже не выслуживался перед иностранцем так, как раньше, ибо понял, что в этом не было нужды, однако периодически на тех же переменах расспрашивал его о том, чем он занимался на родине, как раньше учился, какие предметы ему даются хорошо, а с какими ему нужна помощь, которую мог бы обеспечить брюнет, если сам что-то шарил в данном вопросе. В общем, ничего особенного, обычное школьное знакомство с новичком.
Но после уроков начиналось, быть может, самое интересное. Для Блейна - так точно, ибо он всегда уходил в хор как в самое настоящее туристическое путешествие во время отпуска. Рассказывая о том, что в их школе "Соловьи" были практически рок-звёздами, Андерсон не ожидал сиюминутной реакции, ибо собирался просто всё продемонстрировать и лишь после этого услышать мнение и оценку Смайта.
Наконец, они оказались в хоровой, где ребята уже начинали распеваться, и подав пару знаков, студент намекнул, что хочет исполнить. "Queen – It's A Kind Of Magic" в их исполнении выходило, быть может, не так шикарно, как в оригинале, но юноша вкладывался в песню всей силой, так, чтобы показать новичку, на что он на самом деле способен, что он ещё очень многого не видел. Голос слегка переходил на хрипотцу, а солист не терял возможности пройтись по помещению с некоторыми уместными танцевальными движениями, которые не сбили бы его голос, чтобы не было какой-то фальшивости или сбивчивости в дыхании. Периодически он даже позволял себе коснуться плеча Себастиана, будто пытаясь увлечь его в выступление, если тот, конечно, на это отзовётся. Во всяком случае, в танце и пении Блейн выпускал на свободу своего зверя, пылкого, громкого, искреннего, с лёгким рычанием, которое изредка пробивалось в перерывах, в глазах пылал огонь, а сам Андерсон вёл себя так свободно и вольно, как сам Смайт в буфете, будто для него нет каких-то ограничений и тормозов и никогда не существовало. И лишь закончив, он относительно успокоился, поправляя на шее галстук и выравнивая дыхание, с вызовом глядя французу в глаза.

+1

13

Себастиан слишком поздно спохватился, сообразив, что заговорил на чистом английском - и, признаться честно, ждал скандала и готовился защищаться, но Блейн только улыбнулся по-доброму, чуточку озадаченно, но всё равно тепло, и продолжил, как ни в чём не бывало.

- Ты ведь тоже нетрадиционной ориентации, да, Себастиан? - Себастиан фыркнул и закатил глаза. Что за терминология? Мальчик что, родился в каменном веке? Или гея живьём никогда не видел - не считая себя в зеркале?

- Да, я гей, если ты об этом, - подмигнув, сообщил он, и Блейн снова ярко вспыхнул, а потом сменил тему, принявшись дальше рассказывать про школу и задавать вопросы. Они поболтали несколько минут, и Себастиан с удивлением отметил, что фантазии о сексе отступили на второй план, потому что ему стало... вроде как... интересно? Ну, Блейн умел заражать своими эмоциями, и он невольно втянулся и заулыбался ему в ответ, и это даже было приятно, хоть и странно.

К концу занятий он уже и думать забыл про какой-то там школьный хор, но Блейн так уверенно потащил его за собой на репетицию, что он не смог ему отказать. И, как ни странно, не пожалел. Стоило им войти в хоровую, как на них со всех сторон с любопытством уставились другие школьники - Себастиан на пару минут даже почувствовал себя неуютно под их взглядами, - а потом Блейн перекинулся с кем-то парой слов, хлопнул в ладоши, и они вдруг запели, все вместе, слаженно, как единый организм. Это было захватывающе и немного пугающе.

Блейн был потрясающим. Себастиан не ожидал такого от краснеющего школьника, в конце концов, одного голоса мало для того, чтобы достойно выступать - но Блейн мог похвастаться не только этим. Он двигался так, словно был рождён для танца, он плавно перетекал от движения к движению, захватывал в свой водоворот других парней, кружил, тянул за собой, запрыгивал на низенькие столики и шагал по спинке дивана, и всё это выглядело на удивление органично, словно он репетировал этот танец годами, а не просто спонтанно решил подурачиться и впечатлить новичка (и да, ему это, чёрт возьми, удалось). Себастиан сам не понял, в какой момент получилось так, что он тоже стал кружиться рядом с Блейном, смеясь и подпевая словам припева - и почему ему от этого стало так легко, что он даже перестал мысленно ругаться на французском.

- Неплохо, - милостиво кивнул он, когда песня закончилась, и все замерли на своих местах, пытаясь отдышаться. Блейн рассмеялся, и Себастиан ответил ему широкой улыбкой, игнорируя тех, кто у него за спиной застонал "что, и это всё?".

Следующие несколько минут ему рассказывали о том, кто такие Соловьи. Все наперебой твердили, что хор - это лучшее, что есть в академии, что их все уважают, что у них есть древние традиции и даже свой устав, самый настоящий (ему торжественно показали рукописную книгу в толстой кожаной обложке - боже, ну и пафос). Руководил этим балаганом так называемый совет, состоявший из азиата, негра и странного лопоухого парня. Запоминать их имена Себастиан поленился.

- Не понимаю, почему ты здесь не капитан? - поинтересовался он у Блейна, и тот снова смущённо зарделся.

Набор новичков в хор уже прошёл, но для Себастиана решили сделать исключение, с учётом того, что он только что перевёлся. Возможно, свою роль в этом играло и то, что Блейн поручился за него перед советом, да и спел он в общем номере очень даже неплохо. Совет предложил ему порепетировать до следующей недели, и Себастиан едва не расхохотался в голос. Будет он ещё тратить своё личное время на подготовку для прослушивания в какой-то там дурацкий хор, да?

Хотя, ради возможности видеть Блейна почти каждый день... Все эти песни и пляски настраивают на романтичный лад, а паренькам вроде Блейна только этого и надо. Кто знает, чего он добьётся от него спустя неделю-другую? Прямо в этом зале, на уютном кожаном диванчике, обивка которого будет неприятно липнуть к голой коже...

- Я могу спеть прямо сейчас, - с обаятельно улыбкой предложил он. Хористы переглянулись, члены совета пошептались, но причин отказать ему не нашли и согласно кивнули. Себастиан уверенно вышел в центр зала, позаботившись о том, чтобы ему дали достаточно места для движения, обернулся к Блейну, ухмыльнулся и запел, глядя ему прямо в глаза:

Is it still me that makes you sweat?
Am I who you think about in bed?
When the lights are dim and your hands are shaking as you're sliding off your dress?

Он двигался на грани приличия, почти переходя тонкую черту между откровенным танцем и натуральным стриптизом. Покачивал бёдрами и поднимал вверх руки, запускал пальцы в волосы, ероша их ещё больше, и нагло облизывал губы, и смотрел всё время только на Блейна, даже когда другие парни стали понемногу подключаться к песне, хлопая или притопывая в такт мелодии. Нужно быть совсем уж слепым идиотом, чтобы не понять такое чёткое послание.

Блейни, детка, ты чертовски сексуален для наивного школьника, и мне это нравится. Блейни, милый, я позабочусь о том, чтобы сны тебе снились только с моим участием - а потом, когда ты начнёшь сходить с ума от того, что я не буду выходить из твоей головы, я распахну для тебя свои объятья, и ты позволишь мне сделать с тобой всё и даже больше. Блейни, ты попал, но не бойся - тебе понравится. Всем нравится.

Отредактировано Sebastian Smythe (2014-01-30 19:13:21)

+1

14

Блейн был из воспитанных молодых людей, сколько бы ему не было лет, в какой бы грубоватой семье не вырос, и кто бы его не окружал, чтобы не пришлось пережить до перехода в Далтон. Просто был он таким вот. Не любил он слов "гей" и "гомосексуалист" - они ему как-то резали слух, как будто обзывательство или диагноз. Ему ведь не только в физическом плане нравились парни, он любил парней, душой и телом, испытывал к ним влечение не только сексуальное, но и духовное в первую очередь. Потому он и предпочитал говорить о нетрадиционной ориентации, о любви к представителям своего пола, но не о геях, гомиках и похожих терминах. То же касается и секса. Это слово будто оскорбляло. Сексом можно заниматься с партнёром на одну ночь, со съёмным мальчиком, но с постоянным человеком можно заниматься только любовью и никак иначе. Может он был чересчур идеалистом, но ему самому казалось, что партнёров на один перепих у него не будет, в таком он просто не нуждался. Ему нужно, чтобы удовлетворение получало не только тело, но и душа, чтобы появлялось вдохновение, чтобы муза плела и плясала с ним вместе в выступлениях, чтобы появлялась мотивация становиться лучше, чем есть. И тех, кто просто периодически развлекался с первыми, кто попадётся под руку в баре, ему было не понять. С тем же успехом он мог заняться мастурбацией. Конечно же он был наивным мальчишкой и ещё просто не мог сравнить ощущения с живым человеком с тем, что он испытывал, лаская себя самостоятельно, но всё же пока он в своих убеждениях был серьёзно уверен и вряд ли что-то весомо его переделает.
Свобода в танце - другое дело. Там он мог быть и яростным, и страстным, и каким-то совсем безбашенным, чем и удавалось "заводить" окружающих, чтобы они легко подхватывали общую волну и просто не могли из неё вырваться до тех пор, пока воды творчества не отхлынут. И ему откровенно нравилось то, как смотрел на него Себастиан, пусть с некоторой оценкой или вроде того, но всё же он чувствовал это своего рода восхищение, интерес и то, что парню действительно было приятно наблюдать за выступлением Андерсона. А разве нужно что-то ещё? Конечно, хотелось бы услышать более красочную оценку, но, кажется, и одобрительного "Неплохо" было достаточно, что невольно заставило Блейна засмеяться. Само собой, он не лез из кожи вон, он просто показал то, что может без подготовки, и потому бурных оваций ожидать не приходилось, но, судя по всему, у себя на родине Себастиан видел нечто получше. Что ж, раз так, посмотрим, в чём хорош сам зазнайка-иностранец.
- Раз так, давай, покажи, на что способен, - с неким вызовом произнёс Блейн, кривовато ухмыльнувшись. Уж что-что, а за свой талант и ребят в хоре он был готов стоять горой и никому не позволит не оценивать их по достоинству, особенно новичку, который ещё никаких трудов не вложил в этот хор, чтобы иметь право его как-то осуждать или быть слишком придирчивым. Брюнет всегда относился к подобного рода вопросам со справедливой точки зрения - хочешь судить и управлять, вложи сначала в это что-то собственный труд, силы и время, тогда твоё слово будет что-то значить. Не раньше, не позже. Одной только симпатии и поддержи будет маловато.
Однако дальнейшее выступление француза поставило его в несколько неловкое положение. И текст песни, и эти крайне вызывающие движения. Андерсон чувствовал себя несколько неуютно, сидя на диване, вжавшись в кожаную спинку всем телом, будто пытаясь как-то отстраниться от открывшейся картины. Не поймать себя на мысли, что Себастиан намеренно так старается именно для него и продолжает его провоцировать ни чуть не меньше, чем в буфете - было просто невозможно, и от этого ему становилось ещё больше не по себе. Парни косились на Блейна, как на врага народа, с немым вопросом "Ты кого нам вообще привёл? Это что за стриптиз?", а сам брюнет лишь недоумевающе пожимал плечами и вновь возвращал взгляд на соблазнительного Смайта. Несколько раз он даже не мог проконтролировать собственную реакцию и невольно облизывался, глядя на эти завлекающие движения бёдрами. Теперь уже он карими глазами изучал каждую черту, каждый изгиб тела нового знакомого, и не мог остановить себя от этого захватывающего путешествия от ног к губам и глазам и снова обратно. Дыхание, признаться, даже слегка перехватило, потому что на несколько мгновений Андерсон настолько увлёкся просмотром, будто он был вместе с парнем наедине и он танцевал для него приватный танец, как это показывают в своеобразных фильмах. Заметно отобразившийся на лице румянец выдал его с головой, но он всё же тряхнул тёмной шевелюрой и прикрыл на тройку секунд глаза, чтобы покинуть ту туманность, куда завело его это провоцирующее выступление, и снова открыл их, выдыхая и одобрительно улыбаясь.
- Вполне неплохо. Но решение о твоём приёме принимать будет совет, завтра они объявят результат, - на всякий случай оповестил Блейн, как бы намекая на то, что ещё будет собираться голосование по поводу его необычной персоны, ведь после такого выступления весьма сложно принять однозначное решение. Если кто-то подхватил это дело и ему понравился такой смелый вызов, который Смайт бросил всем присутствующим, а кому-то это может прийтись и не по нраву, и тут уже решение зависит от большинства и окончательного слова совета.
Взяв снова свою сумку и подойдя к Себастиану, он осмотрелся. - Занятия закончились, можем разойтись по комнатам, а можем и сходить пообедать куда-нибудь. Как на это смотришь? - не то чтобы он в прямом смысле слова запал на француза и искал любой повод побыть с ним вместе подольше, но в то же время продолжить общение всё же хотелось, особенно после этого выступления, которое невольно вынуждало его тянуться к парню ближе.

+1

15

Блейн мог смущённо прятать глаза и дышать через раз, но Себастиан видел невооружённым взглядом его реакцию - и она ему нравилась. Нет, это не было чем-то удивительным, скорее, Себастиан был бы озадачен, если бы паренька это не зацепило. Про совет он и вовсе не думал - конечно, они его примут, а как иначе? С его-то данными? Они же не идиоты, чтобы разбрасываться такими кадрами!

- Мне почему-то кажется, что я им понравился, - хмыкнул Себастиан, выходя из хоровой вслед за Блейном. - В конце концов, должен же быть в этом хоре ещё один солист, равный тебе по возможностям? Может быть, мы даже могли бы спеть дуэтом... - или не спеть. Но непременно дуэтом. Вдвоём всё делать лучше, Блейни, не так ли?

- Я бы с удовольствием пошёл с тобой в комнату... но буду рад, если ты покажешь мне какое-нибудь приличное место здесь неподалёку, - кивнул Себастиан. Почему бы и нет? Вряд ли Блейн согласится прыгнуть с ним в койку здесь и сейчас, а вот после похода в ресторан тире почти свидания... Себастиана не интересовали отношения, но он никогда не был против того, чтобы задурить какому-нибудь мальчишке голову надеждами на совместное будущее, чтобы уломать его на быстрый минет в раздевалке перед матчем. И не было причин делать Блейна исключением из правил, верно?

Блейну нужно было занести в комнату сумку; Себастиан воспользовался моментом, чтобы зайти к себе и сменить надоевшую за день форму на простые брюки и светлый пиджак, да ещё прихватил кошелёк. Деньги в нём он никогда не считал, прекрасно зная, что его карманных выплат вполне хватит, чтобы не просто сходить перекусить с приятелем, а накормить весь хор полноценным обедом с тремя сменами блюд и тортом на десерт. И ещё одним способом впечатлить Блейна было заплатить за него в ресторане. Ведь так делают джентльмены, верно?

- Надеюсь, кофе там будет получше, чем в школьной столовой? - поинтересовался он, снова встретив Блейна. Тот и не подумал переодеть форму, и на Себастиана посмотрел так, словно, сняв пиджак с эмблемой Далтона, он предал школу, страну и родную маму. - А ещё я надеюсь, что ты снова возьмёшь себе пирожные, - понизив голос, чтобы добавить в него сексуальной хрипотцы, добавил он.

+1

16

Взять себя в руки, пусть с трудом, но всё же удалось. А чего Вы хотели, за всю жизнь на него за один день, да ещё и учебный, что смущало ещё больше, никогда не сваливалось такое обилие желания прижать кого-то к стенке и впиться в губы с таким по звериному диким поцелуем, что нежная кожа болела бы всё равно что после ударов и порезов. Но не с этим же едва знакомым парнем, не с тем, кто его откровенно пытается провоцировать, право слово! Блейн был просто не готов повестись вот так вот просто, каким бы привлекательным во всех возможных смыслах не был бы его новый знакомый. Потому всё же контролируя себя, молодой человек повёл за собой француза, размышляя о том, куда им лучше пойти, если тот всё же согласится.
- Я бы так не спешил с выводами. Даже мне приходилось проходить весьма строгий отбор. Но я в самом деле был бы не против дуэта, - охотно подхватил Андерсон, а глаза его карие явно так загорелись азартом и желанием спеть что-нибудь вместе. Он давно мечтал найти кого-то, с кем можно было спеть что-то особенное, созданное для двух сильных солистов, которые смогут друг друга дополнять как тембром голоса, так и своеобразными особенностями в исполнении. На его взгляд они с Себастианом могли бы неплохо сойтись в совместном пении, правда надо продумать, что бы такого они могли спеть вместе так, чтобы это не вызвало агрессивного гомона на предмет их ориентации и им позволили бы выступить с этим не только в репетиционной, но и на отборочных, а там и на региональных. Ему действительно хотелось бы повести этого молодого человека за собой или вестись за ним, но только в плане музыки, да и пожалуй именно не бороться за звание "кто лучше", а именно работать сообща. Так у них было бы больше шансов на то, что их никогда не снимут с "верхушки", даже если они не состоят в совете. Не то чтобы сам Блейн охотно бы делился своими соло и удачным местом под солнцем, но если его удастся красиво разделить и совместить приятное с полезным, то почему бы и нет?
- Да, неподалёку на самом деле есть неплохой ресторан, думаю, тебе там понравится уровень обслуживания и всего остального, - судя по его выражению лица в буфете, Блейн сделал вывод, что ему явно не нравилось то, как кормили здесь, хотя пообедать можно было бы так же в этой же столовой, никуда не выбираясь из Далтона. Кивнув ему во время краткого расставания, брюнет вернулся в свою комнату, прихватил с собой портмоне, убедившись, что ему однозначно хватит денег на обед и на случай того, если придётся платить за Себастиана, всё же наживаться на иностранце просто не красиво, ему тут ещё как-то жить надо будет, и посмотрел на себя в зеркало. Кудри уже начинали предательски выбиваться из укладки, потому недовольно выдохнув, он был вынужден потратить несколько минут на то, чтобы обработать их дополнительно гелем и провести дополнительно сверху водой, чтобы уж уложить как следует, и, кажется, сейчас он выглядел даже лучше, чем утром, что должно было идеально подходить для обеда с одноклассником.
Как раз-таки сам Андерсон поставил перед собой цель не воспринимать этот поход как свидание или вроде того. Скорее так, деловая дружеская прогулка по местным достопримечательностям, нужно же было познакомить Смайта со всем тем, что окружает его новое место жительства и учёбы по совместительству. Выйдя ему навстречу, Блейн невольно оценивающе осмотрел его, несколько удивляясь тому, что тот решил переодеться. Нет, в этом не было чего-то криминального, и сам юноша нередко с охотой выбирался из строгой формы во что-то, что ему было больше по душе и лучше подходило под настроение с соответствующей бабочкой, но в то же время он действительно искренне гордился формой академии Далтон и не спешил её снимать до тех пор, пока не наступал уже полноценный вечер. Да и как-то побаивался опоздать, пожалуй, он и так чувствовал себя неловко за то, что был вынужден задержаться из-за своих непокорных волос.
- Кофе тебе там однозначно понравится, и не только кофе, - Блейн улыбнулся ему, уводя уже из здания школы в сторону того самого ресторана, как-то вальяжно вложив руки в карманы брюк и с наслаждением вдыхая приятный аромат свежего осеннего ветерка. - Кхм, Себастиан, не стоит, - пожалуй, пора уже было ему в лоб говорить, что француз перегибает палку и позволяет себе лишнее. Хотя, признаться честно, самому Андерсону безумно хотелось мороженого со взбитыми сливками, сегодня как раз был тот день недели, когда он позволял себе есть холодное, так как в ближайшие дни не планировалось каких-то выступлений и можно было немного поиздеваться над связками. И теперь он уже даже как-то засомневался на счёт того, что стоит его заказывать.
Приведя его в тот самый дорогой ресторан и пропустив вперёд, позволяя себе ухаживать за товарищем не как за планируемой пассией, а просто как за возможным в будущем другом, он вновь предоставил Смайту возможность выбрать столик самостоятельно, а сам покорно последовал за ним. Устроившись поудобнее на диванчике напротив Себастиана, он мысленно понадеялся, что тот не решит пересесть к нему ближе. Ему ведь и так было весьма неловко сейчас. Пробежав глазами по меню, которое он и так знал почти наизусть, Блейн сделал вполне обыкновенный для себя заказ медальонов из говядины, потому что, чёрт возьми, тут их готовили так, что он не мог оторвать себя даже если бы тут начался пожар, с картофельным гарниром, ну и всё же решился на то самое мороженое и кофе. Что ж, гулять так гулять. Конечно, бывали дни, когда он заказывал и больше, но сейчас он и не был достаточно голоден. Тем более что-то ему подсказывало, что толком спокойно поесть в присутствии француза не удастся и он услышит ещё довольно много критики как местной кухни, так и вообще всего, что его окружает.

+1

17

- Не стоит что? - невинно поинтересовался Себастиан. Он был не из тех, кто легко отступает, и обычно требовалось что-то весомое, вроде разбитого носа, чтобы он начал догадываться, что его ухаживаниям не рады. А это? Это даже не отказ не было похоже - так, щелчок по носу, игра, ещё один уровень флирта.

Блейн был удивительно вежлив. На Себастиана снова пахнуло ностальгией - нет, во Франции все поголовно не могли похвастаться манерами, несмотря на бытующие в других странах стереотипы, но в том обществе, где он обычно вращался, такое считалось нормой, и он порядком отвык от всех этих расшаркиваний с открыванием двери и придерживание стула, пока шастал по сомнительного качества клубам. Решив довериться вкусу Блейна, Себастиан просто попросил продублировать его заказ, да ещё заказал сверху тарелку фруктов. Что может быть приятнее, чем кормить кого-то клубникой с рук?

- Не намного лучше школьной столовой, но хотя бы салфетки тут полотняные, - вздохнул он, расстилая оную на коленях. - Ну так что, киллер, расскажешь о себе что-то интересное? Что ты любишь? Что не любишь? Есть ли у тебя кто-то, и насколько я симпатичнее, если да? - он подмигнул на последних словах, явно давая понять, что наличие парня не станет для него препятствием. В крайнем случае, всегда можно попробовать уговорить парочку на тройничок.

Блейн в антураже ресторана неожиданно казался взрослее и серьёзнее, чем в школе. Словно и правда это был не дружеский выход пообедать, а свидание или деловой ужин, и они тут собирались заключать контракты на миллионы долларов. Себастиана невольно тянуло подстроиться под эту атмосферу, стать серьёзнее, сесть ровнее, поднять какую-нибудь нейтральную тему - и, конечно, он делал всё наоборот, только пошлее ухмыляясь и сильнее разваливаясь на диванчике.

+1

18

Пытаясь расслабиться и в то же время выглядеть достойно, Блейн откинулся спиной на спинку дивана, вдыхая аромат роз, которые росли в горшке рядом, у окошка подле их столика. Что он любил в этом месте, так это то, что здесь всё было натуральное, настоящее, естественное. Как продукты здесь использовались одни из самых лучших, так и растения в горшках были не искусственными, как в большинстве мест, чтобы не возиться особо с ними, а настоящие, цветущие, дурманящие своим ароматом. На какое-то время юноша даже засмотрелся на цветы, робко и бережно касаясь лепестков шершавыми пальцами, опасаясь им навредить, и лишь через какое-то время среагировал на голос Себастиана, который задавал весьма откровенные вопросы. Прямо в лоб. Кого-то это могло соблазнить и привлечь ещё сильнее, но Андерсона только разве что смутило и напрягло ещё больше.
- Не стоит так открыто флиртовать со мной, вот что, Себастиан. Если это продолжится - наше общение на этом и закончится, - взгляд брюнета был весьма серьёзен и даже несколько холоден. Ему не нравилось, что Смайт пользовался некой вседозволенностью, считал, что ему всё доступно, помани он только пальчиком или сделай властный указ рукой, щёлкнет пальцами - и всё выполнят, опасаясь гневного взгляда этих опасных металлических глаз. - Я не хочу с тобой ругаться в первый же день знакомства, но мне неприятен твой напор, это просто неуместно и выглядит, откровенно говоря, глупо. Как будто я какой-то мальчик из клуба, которого ты пытаешься снять ради разового перепиха. Могу тебя огорчить - не получится. И либо мы будем просто друзьями и я буду охотно тебе помогать во всём, что потребуется, либо мы не будем общаться вовсе. Надеюсь, я понятно изъясняюсь? - голос Андерсона был ровным, спокойным, не разу ни грубым, но и не блистал уже тем теплом и дружелюбием, что и прежде. Надо было расставить все точки над "i", чтобы француз знал своё место и не думал, что ему так легко достанется то, что ему хочется. Не всё так просто, как кажется. На самом деле - всё ещё проще...
Но чтобы смягчить общую картину напряжения, Блейн мягко улыбнулся, выдыхая и когда им принесли кофе, попытался отвлечься на это, заботливо пододвинув чашку Себастиана к нему поближе, потому как почему-то сначала обе чашки поставили на половину стола Соловья. - И, я на самом деле, очень надеюсь дружить с тобой, потому как не вижу в этом ничего плохого. Ты интересный человек и, думаю, мы найдём много общего, если постараемся избегать чрезмерно откровенных тем. Всё-таки не сексом одним планета едина, - подмигнув ему, брюнет сделал несколько глотков кофе и протянул Смайту руку для рукопожатия, чтобы тем самым закрепить устанавливаемые между ними рамки, которые, в то же время, открывают куда большие двери, чем, скорее всего, Себастиан может себе представить.
Лучезарный добрый взгляд Блейна изучал каждую черту лица собеседника, стараясь уловить реакцию на сказанное, потому как серьёзно обижать или как-то оскорблять он его совсем не хотел, но и чувствовать дискомфорт при каждой очередной фразе шатена ему совсем не нравилось.

+1

19

Блейн засмотрелся на цветы, а Себастиан - на Блейна. Он готов был отломить от куста отдельную розочку, чтобы Блейн стал так же восторженно пялиться на него, а потом провести этой розой по его щеке, шепча комплименты на французском, и смотреть, как Блейн плавится, не зная, как скрыть смущение, и смягчается, и тянется ему навстречу - и они поцелуются над тарлкой с хлебом, а потом...

А потом Блейн заговорил, и сладкие фантазии отступили на второй план.

Чем больше Себастиан слушал Блейна, тем шире он раскрывал рот. Нет, ему доводилось получать отказы - чаще всего от упирающихся натуралов, изо всех сил цепляющихся за свою ориентацию, - но никогда это не подавали в виде монолога, достойного церковной проповеди. Обычно Себастиан воспринимал отказ как повод поднажать и активнее увиваться вокруг цели, пока бедный парень не сломается и не рухнет к его ногам, но тут он готов был сделать небывалое - обидеться. И даже не на сам отказ, просто... ему уже начал нравиться этот парень, он даже подумывал о том, чтобы с ним - неслыханное дело! - иногда общаться по доброй воле, а не только будучи вынужден обстоятельствами вроде общего класса. И трахаться иногда, конечно, такую задницу нечасто встретишь. А теперь ему словно обломали весь кайф, показав, что внутри этот парень такой же, как другие - скучный, правильный ханжа, боящийся сделать шаг за пределы зоны комфорта и позволить себе немного расслабиться.

Себастиан усмехнулся, подбирая колкие, едкие слова для ответа, заглянул Блейну в глаза - и пропал. На этот тёплый, участливый, словно пытающийся его обнять взгляд нельзя было злиться. Блейн обладал удивительным талантом: когда он на тебя смотрел, казалось, что ты - самый важный человек во всей долбанной вселенной. Такими полезными людьми не разбрасываются.

- У меня и в мыслях не было тебя смущать, киллер, - протянул он, невинно улыбаясь и мысленно зализывая болезненную рану. Глупо это, хах! Глупо - это пикап-линии вроде "было больно, когда ты упал с небес?", глупо - это свидание и букеты роз, глупо - это романтика и моногамные отношения. Горячий флирт на грани приличий - это не глупо, это горячо! - Ладно, вру. Было. Что я могу с собой поделать, если ты так очаровательно краснеешь? Но если для тебя это такая большая проблема, я могу придержать коней, - от его улыбки готовы были треснуть щёки. Ох, Блейни, ты себе не представляешь, как мало людей слышали от Смайта такие слова! - Без обид, конечно же.

Себастиан засмотрелся на то, как Блейн нервно кусает губу, сглотнул, и внутри вдруг полыхнуло горячим. Чёрт, он не мог быть скучным! Он же видел, как парень краснел от его комплиментов, как жарко ёрзал во время его выступления... Он не может быть чистеньким святошей, ему нравилось, он просто не готов признаться - но он, Себастиан, готов подождать. И помочь. И это будет пользой для них обоих, потому что сладенький девственник Блейн Андерсон обзаведётся каким-никаким сексуальным опытом, а он, Себастиан Смайт, трахнет самый сладенький pièce chaude, какой он встречал в Америке.

И если для этого придётся сдать назад и прикинуться хорошим парнем - что ж, он может на это пойти.

+1

20

Конечно Андерсон не был уверен в том, что Себастиан нуждался в таком друге, как Блейн, кто знает, может он его рассматривал всё это время исключительно как развлечение на одну ночь, потому и был с ним так услужлив и по своему интересен, а как только такая нужда отпадёт - он сам не захочет общаться с брюнетом, о какой дружбе вообще может быть речь? А может он и вовсе не заинтересован в друзьях, судя по его нагловатому поведению в школе и вниманию, обращённому только к Соловью? Не нуждался. Нет, вот в этом он был уверен, не бывает людей, которые не нуждаются в дружеской поддержке и помощи, внимании и желании принять таким, какой он есть, быть опорой и тем, кто всегда придёт на выручку. Как бы сами они того не отрицали, заводя лишь кратковременные интрижки, чтобы не обременять себя своего рода ответственностью и обязательствами, о настоящем друге мечтает каждый, правда так же не каждый готов в этом признаться. И сейчас студент академии Далтон ловил себя на мысли, что точно так же, как он не был готов принять эти наглые приставания Смайта, так и ему, судя по всему, было сложно воспринять другого парня, и уж подавно гея, другом, а не очередной аппетитной задницей. Разрыв шаблона? Всё может быть. Но теперь брюнет задался целью, чтобы стать для нового знакомого настоящим и правильным другом, идеальным, который не подведёт и всегда будет рядом, если потребуется, чтобы Себастиан наконец-то оценил - что это замечательно, нет во взаимовыручке какой-то пугающей ответственности, нет в этом ничего плохого и опасного в принципе. Он обязан был доказать, что просто маяться дурью и обсуждать всё на свете, таскать друг друга выпившими по комнатам и спать рядом уставшими после учебного дня, но не касаться при этом друг друга в каких-то намёках - это здорово, в самом деле. Во всяком случае, в этом был убеждён сам Блейн и он готов был делиться этим убеждением как своего рода новым видом религии, пропагандировать и скандировать столько, сколько потребуется. А по большому счёту - даже не словами, а поступками, которые ценятся куда больше.
- Кхм, ладно, прекращай, - Андерсон вновь слегка смутился от сказанных французом слов и мягко ему улыбнулся, но кое-что его заставило напрячься ещё сильнее. - "Киллер"? В смысле? Я вроде ещё никого не убил, - проморгавшись, кареглазый пытался понять, к чему вёл его собеседник, потому как самому в голову ни одной адекватной идеи не приходило.
Тот снова проигнорировал его руку и Блейн на это лишь шумно выдохнул. Кажется, тот действительно не привык к подобного рода жестам, потому оставалось лишь смириться с этим, убрать руку и сделать ещё глоток кофе. К счастью, как раз к этому моменту принесли их заказ и юноша с большим аппетитом принялся аккуратно разрезать мясо на небольшие кусочки, как и картошку, всё же он был хорошо воспитан и не стеснялся это проявлять в полной мере, думая, что изысканный француз наверняка оценит и это.
Их беседа продолжалась, они обменивались впечатлениями о школе, договаривались о том, что завтра они снова сядут вместе, чтобы помочь Себастиану адаптироваться в полной мере, и в общем-то брюнет не был этому против, тем более, что у его бывшего соседа по парте в этот раз был другой напарник в практической работе и он подсел как раз к нему, чтобы вместе было проще готовить материал, так что никто не будет в обиде. Блейн не мог унять своего любопытства и задавал множество вопросов о родине Смайта, хотя тот, как и всегда, отвечал в основном уклончиво и весьма туманно, но и на этом спасибо.
Наконец, им принесли вторую порцию кофе, которую дополнительно заказал Андерсон, и мороженое. Они вроде как договорились и это не должно было вызвать какой-то некомфортной реакции, но ему всё равно теперь было как-то стыдно есть что-то белое и жидкое на глазах француза. Тем более, что там была клубника целыми кусочками, и каждый раз, как Соловей обхватывал губами ягоду, перемазанную в мороженом, он всё так же чувствовал на себе внимательный взгляд Себастиана, от которого становилось не по себе. И, ко всему прочему, проходящий мимо официант, случайно задел локоть Блейна, когда он подносил к губам очередную ложку с прохладной сладостью, из-за чего он промазал и невольно вымазал губы, подбородок, несколько капель попали на воротничок формы и галстук. - Осторожнее! - рыкнул недовольный парень, десять раз пожалев о том, что не переоделся, а всё же стоило, чтобы не испортить форму. Потянувшись за салфетками, юноша недовольно бурчал себе под нос о том, что он был лучшего мнения об этом ресторане, а сейчас тот старательно пытается его подпортить.

+1


Вы здесь » Glee: The power of music » Завершённые композиции » Эпизод #17: Who Are You, Really?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC